– Вернусь в Нью-Йорк с Фредом и Кейт. Фред на ужине у Перкинсов объяснился мне в любви раз десять или пятнадцать.

– Серьезно? – Лори думал, что это заденет его, но ничего не почувствовал.

– У меня никогда не было недостатка в женихах. Если не Фред Вон, то найдется кто-нибудь еще, – пожала плечами Хэрриет. – Скорее всего, мама сама его выберет. Знаешь, сталь, нефть, уголь. Финансы… какой-нибудь мелкий помещик с титулом лорда. – Она рассмеялась и на мгновение снова стала похожа на обычную себя. – А ты что? Не раскиснешь?

– Не думаю, – ответил он и, немного помолчав, добавил: – Нет.

Лори поцеловал руку своей бывшей невесты. Хэт с нежностью посмотрела на него, а затем кивнула и глубоко вздохнула.

– Я лучше уеду завтра, ранним утром. Предупредишь дедушку?

– Само собой.

– Мне жаль, что так получилось, Лори. Но скоро ты увидишь, что все к лучшему. – С этими словами Хэрриет поднялась с лавки и вернулась в дом.

Лори сидел, обхватив руками голову, и смотрел на темную улицу. Позади него в окнах по-прежнему горел свет, гости разговаривали и смеялись. Дед наверняка расстроится, узнав об этом, но он сейчас ощущал другое – некую обреченность, какую в его представлении чувствует приговоренный пиратами к прогулке по доске.

«Ты все также ее любишь. Может, и не хочешь любить, как я Брука, но любишь».

Что если Хэрриет права?

Он так и сидел, погрузившись в свои мысли, когда из дверей их особняка вышли Марчи и направились к себе домой. Мистер и миссис Марч. Мег и Джо. Эми и Ханна. Они обернулись, снова поблагодарили деда за гостеприимство.

Лори наблюдал, как они переходят улицу: стайка женщин, сгрудившихся вокруг своего возвратившегося мужа и отца. Радостные, что снова вместе.

Завтра в обед гости соберутся вновь. Но одной приглашенной станет меньше.

Хэрриет к тому времени уже уедет.

Лори смотрел на них, а в его сердце шевелилась та же тоска, которую он беспременно испытывал, когда видел сестер Марч в компании их матери. Что-то недостижимое, но такое родное, и два аспекта одного чувства, смешиваясь, противоречили и вторили друг другу. Оно казалось ему иллюзорным, даже невозможным, но возникало всякий раз при виде Марчей.

«Какое же слово подобрать, чтобы назвать это чувство?»

И сразу за вопросом в его голове проявился ответ.