А она почти поцеловала меня. Думаю, она и правда бы поцеловала меня. Если бы не Гейб.

Гейб. Мне даже смотреть на него сложно. Всю фотосессию он провел, глядя на экран телефона и широко улыбаясь. Знаю, это не должно меня раздражать. Возможно, он узнал что-то хорошее о Россуме. И все же. Своим появлением он словно разрушил какие-то чары.

И понятия об этом не имеет, скорее всего.

В зале начинают появляться друзья Софи: они оставляют на самом первом столе пакеты с подарками. Все мальчики одеты одинаково: черные пиджаки, белые рубашки, голубые галстуки. Зато девочки переоделись в более короткие и обтягивающие платья, бо́льшая часть которых напоминает просто цилиндр из ткани. В дверь заходит Мэдди. Вид у нее заплаканный. Они с Софи обнимаются целую вечность. Еще вечность Мэдди проводит, обнимаясь с Тессой, девочкой со светлыми волнистыми волосами. Я видел ее в Instagram[27]. Отпустив Тессу, она переходит к Андреа, а потом к сестре Андреа. Надо полагать, прием в честь Софи превратился в группу эмоциональной поддержки Мэдди.

– Твоя сестра очень симпатичная, – отмечает Нолан. – Такая маленькая и милая.

Я киваю, хотя слушаю его вполуха. Мой взгляд прикован к лестнице.

Фелипе с понимающей улыбкой треплет меня по руке.

– Она придет.

– Что? Нет, я просто…

И тут у меня слова застревают в горле. По лестнице поднимается Майя. В руках у нее обернутый в упаковочную бумагу подарок и большая сумка. Мое сердце готово вырваться из груди.

На Майе бледно-серое кружевное платье с аккуратными короткими рукавами. Кажется, Дрю сейчас что-то мне говорит, но я могу думать только о волосах Майи. Теперь они выглядят блестящими и прямыми, завитки остались только на концах. В свете ламп ее кожа кажется золотистой.

Забудьте про тост. Я не знаю даже, как развернуть язык, чтобы выдавить простое «Привет!». И все равно бросаюсь ей навстречу, оставив Дрю посередине предложения. Должен ли я пожать ей руку? Или обнять? А если я ее обниму, это нужно сделать по-дружески? Или нам нужно сто часов стоять в обнимку, как это только что делала Мэдди? Или все же лучше обойтись без объятий? Словами? Майя же сказала, что вечером мы поговорим. Возможно, она так и планировала. Поговорить. Спокойно, разумно, не распуская руки.

Майя подходит ближе, и теперь я могу различить ее выражение лица. Однако расшифровать его мне не удается. Она не волнуется – не то чтобы, – но и назвать ее спокойной нельзя.

– Привет! – нерешительно улыбается мне Майя.

– Привет!

Я стараюсь не слишком уж на нее глазеть. Но как, если у нее такой румянец на щеках и глаза как у диснеевской принцессы. Если ее лицо ближе ко мне, чем обычно.