Теперь, когда все самое ужасное, чего она так долго боялась, наконец произошло, Мальфрид удивительно быстро ободрилась. Ну вот, все всё узнали, но земля под ней не разверзлась и громом на месте ее не убило. Ей даже захотелось взглянуть в лицо Святославу. Что он теперь будет делать? Как оправдается – не перед нею, но перед землей словенской?

– Посмотрю, кого он прислал, – добавила она. – Я же знаю, кому насколько он доверяет!

Втроем они пересекли двор, обогнули большой хозяйский дом и вышли на внутренний причал. В лодке с краю сидели двое. Подходя, Мальфрид узнала их: Грим, Игморов брат, и Девята. Как она ни храбрилась, а ее затрясло. Слишком привыкла она видеть эти лица возле Святослава.

Увидев их троих, гриди выбрались из лодки на причал. Глянув на Мальфрид, немного переменились в лице, но вслед за тем кивнули Улебу и Беру.

– И ты, Малфа, будь жива, – сдержанно сказал Грим.

Не мог же он сделать вид, будто не узнал ее!

– Вас… он прислал? – нетерпеливо спросила Мальфрид.

Это «он» отлично было понятно гридям: с таким выражением они и сами говорили о своем князе.

– Да, – ответил Грим, переглянувшись со своим спутником. – Князь. К нему вот, – он кивнул на Улеба. – И сказать велел: нехорошо оно меж нами выходит, не по-братски. Надобно решить, чтобы ничьей чести урону не было.

– Это мудрые слова, – снисходительно одобрил Бер, всем видом словно говоря: я пытаюсь быть справедливым.

Оба посланца посмотрели на него. По глазам их было видно: Беру они доверяют даже меньше, чем Улебу. Улеб все-таки был для них свой, хорошо знакомый, а Бера они сегодня утром увидели впервые, и он сразу показал себя противником их князя.

– Хочет он повидаться с тобой… – продолжал Грим. – С глазу на глаз чтоб… Без всего этого старичья. По-братски потолковать…

– Я согласен, – Улеб кивнул. – Где он хочет увидеться? У посадника?

– Нет. Он хочет, чтобы без видоков… А там сесть негде. Только на голову кому…

– Пусть приезжает сюда.

– Он может быть уверен: в доме госпожи Сванхейд его никто не обидит, – заверил Бер.

Но эти внешне дружелюбные слова на самом деле были оскорбительны, и именно так гриди их и поняли.

– Он хочет, чтоб не у нас и не у вас. Там, на берегу, – Грим кивнул вдоль Волхова. – Место есть непримерное.

– Когда?