А потом – слава Всевышнему! – пришла самая восхитительная новость. Артуру стало лучше. Он окреп достаточно, чтобы в Великий четверг омыть ноги пятнадцати беднякам – по одному за каждый год своей жизни. Елизавета тоже принимала участие в традиционных церемониях, проходивших при дворе: раздала деньги и отрезы ткани тридцати семи бедным женщинам, по одной за каждый год, что ей довелось провести на земле. Она мучительно переживала за своего мальчика. В Страстную пятницу она поехала в Гринвич, а в Пасхальное воскресенье – в Ричмонд и там после мессы сделала приношение на главном алтаре, ум ее при этом блуждал. Но она исполнилась благодарности. Артур поправлялся. Мир приходил в нормальное состояние.

Нуждаясь в отдыхе после эмоциональной перегрузки и мучаясь от постоянной усталости, которая отравляла ей жизнь, Елизавета отправилась на несколько дней в поместье Хэмптон-Корт на Темзе погостить у верного друга и камергера Генриха лорда Добене. Дом у него был солидный, расположенный посреди обширной усадьбы, где когда-то начали обрабатывать землю и развели две тысячи овец рыцари-госпитальеры, у которых Добене взял участок в аренду. Теперь усадебный дом превратился в модный особняк, вполне подходящий для приема королевских особ.

Елизавета наслаждалась щедрым гостеприимством Добене. Он был хороший человек, благоразумный, прямой и честный, его все любили. Но главное, ради чего королева приехала туда, – это мир и покой Хэмптон-Корта, хранившего в себе эхо монастырского прошлого. Для Елизаветы это место служило духовным убежищем. Кое-где тут сохранились монашеские кельи, и она попросила, чтобы ее разместили в одной из них, а не в приготовленной для нее роскошной спальне. Там и в церкви проводила она долгие часы в благоговейных раздумьях и молитвах о здоровье Артура.

Очевидно, молва о пребывании королевы в Хэмптон-Корте распространилась по округе, так как местные жители стали приходить, чтобы посмотреть на нее, рассказать о своих горестях или подарить ей что-нибудь. Одна бедная женщина дала Елизавете немного миндального масла, за что та была ей искренне благодарна, так как шел Великий пост[38] и животный жир употреблять было нельзя. Другие приносили цыплят, груши, яблоки, пудинги или пироги. Елизавета следила, чтобы никто не уходил от нее без приличного вознаграждения, которое часто было больше того, что она могла себе позволить. Но щедрость окупалась сторицей, так как люди осыпали ее благословениями.

Второго апреля, чувствуя себя намного лучше, Елизавета покинула Хэмптон-Корт и отправилась на барке в Гринвич.