Питер садится на землю ближе ко мне и обнимает за плечи.

— Знаете, ваша внучка, обладает удивительным талантом, — начинает он. Я подтираю слезы и всхлипываю. — Она пишет стихи, увлекается психологией, и не поверите, но хочет стать моделью. Я еще не встречал в ее возрасте таких целеустремленных людей. Она замечательная. Я знаю, что если бы вы находились с нами сейчас, то вы бы гордились бы ей так, как горжусь ей я.

Питер смотрит на меня, стараясь сам не прослезиться от своих же слов. Я слезливым лицом смотрю на него, благодарю, таким образом, его за всё, что он делает для меня. От моего резкого поворота в сторону Питера бабочка улетает и останавливается на могиле дедушке. Мы наблюдаем за ней с Питером и ко мне снова подступают слезы.

— Милана, не думаю, что дедушке бы понравилось, что ты плачешь, — успокаивает меня Питер. — Немедленно перестань.

— Д-да, — вытираю слезы ладонями, — но не получается.

— Ну, всё, всё, не плач, — приговаривает Питер, крепко прижимая меня к себе.

— Спасибо, — шепчу я.

— Оставить вас наедине?

— Да, пожалуйста.

— Я буду в машине. Недолго только и поедем.

— Хорошо, — хнычу я.

Питер прощается с дедушкой и оставляет меня одну.

— Дедуль, я верю, что ты сейчас находишься рядом со мной. Я отдала бы все лишь бы только увидеть тебя сейчас, хоть краем глаза…

Внутри я чувствую, что дедушка спрашивает, как у меня дела. И я принимаюсь делиться с ним информацией.

— Дедуль, мне сейчас так непросто. Отец вовсе не понимает меня. Он не желает, чтобы я добивалась поставленных целей в жизни, и хочет, чтобы я стала тем, кем желает он видеть меня. Я не знаю, как мне быть… Дедуль, прошу, дай мне знак, ответь, стоит ли мне добиваться высот в жизни, которые я сама для себя создала? Ведь ты же всегда меня учил этому. Но я так боюсь потерять отца…

Тишина.

— Дедуль?.. — плачу я, отмечая, что начинается дождь.

Я слышу, Питер кричит:

— Милана, бегом в машину.

Капли дождя падают на мое лицо, сливаясь с моими слезами. Дождь становится сильней.