Она подхватила конверт из оберточной бумаги, сверкнув ногтями, как жемчужинами; хозяйством она теперь не занималась, так что отрастила ногти подлиннее.

– И у тебя есть все необходимое для работы? – спросила я.

Когда я путешествовала, то оставляла Грасу генеральным директором дома моды Дюмаре.

Она все чаще работала со мной и знала все тонкости бизнеса наизусть.

Я набросала предварительные эскизы для нового сезона, чтобы они с командой модельеров поработали над коллекцией. Мы обе знали, что с этим она легко справится.

– Вы знаете, что у меня все под контролем, а если возникнут вопросы, я с вами свяжусь. У меня есть ваш план маршрута, и, если я с чем-нибудь не справлюсь, всегда могу позвонить или послать факс.

Она постучала по конверту.

– Есть кое-что еще, Роза.

– Что?

– Ты уверена?

Она уставилась на меня темными глазами.

– Еще не поздно, можем разорвать бумаги и жить как прежде. Если дело просто в самолюбии, лучше вовремя остановиться.

Я взяла ее за руку.

– Все получится. Все будет хорошо.

Она высвободила руку и встала.

– Тогда, сеньора Дюмаре, нам пора переодеться.

Граса была у меня «подружкой невесты». В цельнокроеном кремовом шелковом платье с бретельками, ниспадавшем до колен и облегавшем фигуру, она выглядела изысканно, а сверху накинула красивую шелковую дымчатую шаль, прикрывавшую ее от шеи до запястий. Наряд был прост, идеален и со вкусом.

Мой наряд был сложнее. Не знаю, что стало со свадебным платьем от Диора, в котором я вышла замуж за Шарля. Диор тогда уловил романтику, восторг, нашу пьянящую любовь. Платье странно выглядело в мэрии округа, в маленьком кабинете, где мы регистрировали брак. А теперь мне предстояла свадьба в высшем обществе, где будут камеры, пресса и разнаряженные в пух и прах гости. Я устала и валилась с ног в поисках сил для грядущего мероприятия.

Потом меня осенило. Это было всего лишь деловое соглашение, и в нормальных условиях два партнера обычно подписывают контракт в костюмах.

Пока Граса вела меня по проходу между рядами в церкви, некоторые фотографы принимали ее за невесту, которую я выдавала замуж, потому что на мне был белый шелковый брючный костюм. Фасон шелкового жакета походил на осовремененный вариант костюма «Бар», складки были свободнее, но так же подчеркивали талию, и застегивался он не на три, а на две огромные перламутровые пуговицы. К жакету подходили широкие, как у матросов, брюки из тонкого белого атласа. Хотелось напомнить Джиму, что у нас не сказочная свадьба, а деловое соглашение.