– Боже мой, Тин, откуда у тебя эта царапина? – Я наклонилась и коснулась неприглядной открытой раны на коленке Тиндера.

Мы провели весь день только вдвоем. Жоэль и Эндрю присутствовали на благотворительном мероприятии и решили взять с собой только Три, «нормального» ребенка. Того, который не издавал странных звуков и не привлекал внимания. У Жоэль был виноватый вид, когда она спросила, могу ли я сегодня позаниматься с одним Тиндером. Я знала, что мысль оставить его дома, исходила не от нее. Я была не в силах одолеть возмущение оттого, что она не боролась за свои принципы. За своего сына.

Если уж я могла идти наперекор одному из самых грозных мужчин Бостона – моему любимому мужчине, – то почему она не могла потребовать, чтобы к ее мальчику относились так же, как к его брату?

Я поклялась, что сделаю этот день незабываемым для Тиндера, чтобы он стал поощрением, а не наказанием. Мы позавтракали в первоклассном ресторанчике Спэрроу Бреннан, где объелись блинчиками и вафлями, а потом расслаблялись на берегу реки Чарльз, наблюдая за облаками, пока я рассказывала Тиндеру греческие мифы, как когда-то рассказывала мне тетушка Тильда.

Тиндер пожевал ожерелье с клыками акулы, которое я подарила ему, и, всхлипывая, указал на почти такую же рану на другом колене.

– Т-тут тоже, – заикаясь, сказал он.

Я поцеловала обе его коленки, чтобы не болели.

– Пойдем в аптеку и купим самые классные пластыри. Что скажешь?

– Д-д-да! Может, там будут с «Дружными мопсами». – Он сморщил нос. Я взяла его за руку. Мы шли мимо зеленых ограждений, каяков и катамаранов. Солнце светило нам в лица.

– Так что случилось? – спросила я. – Ты упал с велосипеда? Надеюсь, ты знаешь, что такое со всеми случается.

– Нет, – тихо ответил он. – Это н-не в-велосипед.

– А что же тогда?

Последовавшая за моим вопросом тишина была наполнена роившимися в моей голове мыслями. Например, о том странном письме, которое я получила от Пакстона, и которое было будто бы вовсе не от него. И о его внезапном, словно мираж, исчезновении, которое произошло так же быстро, как и возвращение.

Или о том, что муж избегал меня всю неделю, и не только отказывался от встреч, когда я заезжала к нему домой, но к тому же не отвечал на мои сообщения. Я уже была готова заявиться к нему в офис и опозорить нас обоих. Меня удерживало только понимание, что ему нужно всецело сосредоточиться на судебном иске «Зеленой жизни» против «Королевских трубопроводов» в преддверии судебного заседания.

Но мне нужно рассказать ему про Пакстона. Про Эндрю Эрроусмита и мой план.