– Извини, я не знала, что погода переменится.

Лина громко топает ногами.

– Ты говорила: я должна тренироваться, а то никогда не научусь плавать.

– И мы пойдем тренироваться, – кивает Эрика. – Как только выйдет солнце. Обещаю!

Она пытается обнять Лину, но та уворачивается и взбегает по лестнице.

– Как только вернусь, придумаем что-нибудь веселое, – пытается Эрика успокоить дочку.

– Хочу, чтобы было весело сейчас! – протестует та.

Эрика умоляюще смотрит на Мону, но та уже держит в руках термосумку.

– Мне пора развозить обеды, – шепчет она, кивая в сторону Дорис, которая подходит к лестнице.

– Я могу заняться с тобой чем-нибудь веселым. Хочешь, попробуем собрать большой пазл с динозаврами?

Лина мотает головой.

– Глупая ты, мама! – кричит она, исчезая на втором этаже.

– Иди, – велит Дорис Эрике. – Не беспокойся, тылы прикроем.

Эрика медлит секунду. Ее гложет совесть, но, увидев слабую улыбку на лице Патрисии, она надевает куртку и выходит в дождь.

* * *

Дверь в Стурстюган не заперта, и Эрика свободно заходит в дом.

– Ау? – кричит она – никто не откликается.

Сделав пару шагов, осматривается вокруг. Свет в комнате с декорациями и реквизитом погашен, но на спинке стула висит свитер Юнаса.

Эрика открывает дверь в соседнее помещение и заходит в зал собраний. Заглядывает на кухню и делает круг по коридору, так и не найдя ни единой души.

Она в раздражении вновь пытается дозвониться до Юнаса, но тот опять не снимает трубку. Вздохнув, Эрика подходит к окну и прислоняется к оконной раме. Дождь льет еще сильнее и барабанит по стеклу. Чуть поодаль угадываются очертания родового поместья Линдбергов, построенного на рубеже XX века.