Зоя бесшумно заходит в комнату и забирает тарелку с блинами, которую принесла сегодня на завтрак. Выбираю из огромного списка фильмов на телике очередную романтическую комедию, пока она отчитывает Адель, мол, она так старалась для нее, готовила, всю свою любовь вложила в эти блины, а они так и остались нетронутыми. Правда, говорит она это вздрагивающим и заплаканным голосом, а под конец тихонько называет её спящей красавицей и обещает завтра испечь любимый персиковый пирог.

— Я буду готовить тебе столько, сколько потребуется. Всё, что ты любишь, милая моя.

— «Пока ты спал», — читаю название фильма с Сандрой Буллок в главной роли. — Как тебе, Адель? Кажется, в самую точку?

Шмыгнув носом, Зоя поднимает поднос и говорит мне, что маме стало лучше и она вот-вот спустится. Со вчерашнего утра у нее кружилась голова и скакало давление.

— Когда же это всё закончится? — спрашивает Зоя, глядя на меня сверкающими глазами. — За что нам такое горе?

Одной рукой забираю у нее поднос, а другой обнимаю. Немного поплакав на моем плече, Зоя отступает, и в этот момент в комнату входит мама. За два дня она заметно уменьшилась в размерах, а кожа под глазами приобрела сероватый оттенок.

— Привет, мам, — обнимаю её. — Как ты себя чувствуешь?

— Мне лучше, не беспокойся. А вы тут как? — спрашивает, глянув на Адель.

— Стабильно. Выбрали очередной фильм.

— Дорогой мой, — произносит она, погладив меня по лицу, — ты всё это время был здесь?

Пожимаю плечами:

— А где мне ещё быть? Да и я давно хотел устроить себе день романтического кино.

Мама бесшумно смеется и, взяв меня под руку, ведет к кровати Адель.

— Привет, моя хорошая. Брат не дает тебе скучать, да?

Я не злюсь. Не раздражаюсь. Я просто закрываю глаза и стараюсь дышать ровно.

Мама осторожно садится на край кровати и берет Адель за руку:

— Я тоже эти два дня спала. Искала тебя кругом, но ты так хорошо спряталась, что я до сих пор не знаю, где ты. Надеюсь, тебе спокойно… Хочу, чтобы там, где ты сейчас, было весело, — говорит, шмыгнув носом. — Я с папой говорила, он скоро приедет. У него была серьезная операция, которую он не мог перенести. Ну, ты и так знаешь, какой он у нас, — улыбается она, поглаживая её руку. Вздохнув, мама поднимает на меня благодарный взгляд: — Родной, спасибо тебе. Ты не отходишь от Адель, заботишься о ней и отменил рабочую поездку в Нью-Йорк, хотя вы оба… почти не знаете друг друга. Я так рада, что ты у меня такой замечательный, Аверьян.

Я не отхожу от Адель, потому что рядом с ней бьется мое сердце. Я забочусь о ней, я здесь и рядом, потому что люблю её.

— Она проснется, — продолжает говорить мама, погладив её по лицу. — Ей просто нужно отдохнуть. Правда ведь?

— Определенно. — Бросаю короткий взгляд на окно, за которым второй день подряд льет дождь. — Ты мне расскажешь, как Адель появилась у вас и какое отношение к этому имеет супруга мэра?

Немного помолчав, мама поднимает на меня глаза и слабо улыбается:

— Ты очень наблюдательный.

— До всех этих событий я тоже так думал и считал это своей маленькой уникальностью. Но оказалось, что я слеп, как крот, который не смог увидеть в собственном друге психопата. И не говори мне, что это всё наркотики, что на самом деле он не такой и у него просто на мгновение поехала крыша.

— Не стану. Ведь из-за него моя дочь сейчас прикована к кровати. — Поцеловав Адель в висок, мама тихонько говорит: — Я скоро вернусь, милая. Выпью с твоим братом чай и отправлю его отдыхать, а сама возьму какой-нибудь сентиментальный романчик у Зои, и мы с тобой его почитаем. Пойдем, дорогой, поговорим на кухне.

Моя ладонь вспыхивает от желания коснуться Адель, но сделать этого мне не удается: взяв меня под руку, мама направляется к выходу.

— Зоя, дорогая, ты можешь идти к себе, — отпускает её мама. — Мы тут сами справимся, а ты отдыхай.

— В таком случае, я побуду с Адель. Вдруг она сейчас очнется, а рядом никого нет?

— Хорошо, — улыбается ей мама, а я заключаю её в объятия. — Ох, ты уже и чай заварила! Спасибо тебе.

Зоя уходит, а мы с мамой располагаемся за небольшим столиком у окна на мягком угловом диване. Наливая чай в чашки, мама пару раз коротко и напряженно вздыхает.

— Всё настолько плохо?

— М-м?

— Ты так вздыхаешь, словно вот-вот поведаешь мне о настоящем кошмаре. Хочу тебя успокоить: после того, что случилось, страшнее уже не будет.

Мама ставит заварочный чайник на стол и медленно садится напротив.

— Мам? — смотрю на нее и опускаю свою ладонь на её прохладную руку. — Пожалуйста, расскажи мне то, о чем я не знаю. Как Адель появилась у вас?

— Мы с Виталиной познакомились на одном из благотворительных вечеров за несколько месяцев до твоего отъезда. Тогда шла избирательная кампания на должность мэра нашего города, и её супруг Виктор Юр имел высокие шансы на победу. У него была безупречная репутация: два высших образования, большой стаж на государственной службе, прекрасная семья. Да и в целом, он был, есть и остается прекрасным человеком. Но незадолго до выборов в одной из паршивых желтых газеток появился материал о том, как Виктор Юр развлекается с эскортницами на дорогом итальянском курорте, пока его жена воспитывает детей и прикрывает зад своего любвеобильного супруга. Там даже фотографии были, и на них — никто иной, как Виктор Юр. Его лицо. Лично я решила, что это фотошоп, и сделала вид, что ничего не видела, не читала, не слышала. К тому же, сама Виталина никак не показывала своего отношения к этой новости, которую обсасывали все, кому не лень. Они с мужем выглядели совершенно спокойно, пока в один из дней, в тот самый, когда ты улетел в Америку, она не позвонила мне вся в слезах. Просила о немедленной встрече и желательно, чтобы на ней присутствовал отец. Говорила, что ей больше не к кому обратиться, что только нам она может довериться.

— И что она хотела?

— То, что я расскажу дальше, больше похоже на фильм ужасов, — произносит мама напряженным голосом. — Виталина приехала к нам и рассказала, что на той фотографии, опубликованной в газете, был вовсе не Виктор, а его брат-близнец. Мы с отцом были поражены, ведь понятия не имели, что у Виктора есть близнец. Никто об этом не знал. Оказалось, что они не общались много лет. Виктор стал превосходным политиком, его предложения и инициативы поддерживал не только народ, но и глава государства. Все знали и понимали, что Виктор Юр — это тот, кто просто обязан стать во главе нашего огромного города, требующего кардинальных перемен.

— Ясно, — усмехаюсь, почесав затылок больше от нервозности, чем от надобности. — И где тут фильм ужасов?

— Его брат жил в другом городе, за четыре тысячи километров отсюда. Впечатляющую карьеру не построил, работал электриком на стройке и жил в старом доме, который после смерти родителей достался ему. Те были недовольны, что Виктор не помог брату пробиться в этой жизни, и обделили его жилплощадью. Фильм ужасов начался с того момента, как брат-близнец выиграл несколько сотен миллионов в лотерею.

Не сдерживаю смешок:

— Так это действительно случается?

— Он выиграл огромные деньги. Столько, сколько в руках не удержишь. Бросил работу, оплатил долги и уехал проживать свою… лучшую жизнь.

— Теперь понятно: летал по миру первым классом, жил в самых роскошных отелях и развлекался с эскортницами где-то в Италии, рассказывая им о том, какой он успешный бизнесмен. Так?

— Всё верно. Две девушки в той компании были родом из нашего города. Они знали, кто такой Виктор Юр, и как он выглядит. И они решили заработать: связались с редакцией самой скандальной газеты в городе и предложили сенсацию за щедрое вознаграждение. Дело было сделано, оплата прошла успешно, а потом… А потом во время морской прогулки на яхте брат Виктора зарезал трех девушек, а потом и себя. Виталина была в ужасе от случившегося. Им тогда удалось убедить общественность, что на тех фото был вовсе не Виктор, а неизвестный человек, похожий на него. Да и участие Виктора в городских мероприятиях в те дни доказывало, что он не мог быть на каком-то итальянском курорте.

— Значит, его брат-миллионер убил эскортниц, а потом и себя?

— Да. Крыша поехала на фоне злоупотребления алкоголем и запрещенными веществами.

Остается только добавить: как у Богдана.

Скрипнув зубами, спрашиваю:

— И чего же хотела от вас Виталина? И при чем здесь вообще Адель?

Мама опускает голову и складывает руки на столе, как школьница.

— Одной из убитых девушек была мать Адель. Она родила её в пятнадцать лет. Первые пять лет за девочкой ухаживала бабушка, пока мать строила «карьеру». Ну, а после её смерти все обязанности по воспитанию легли на плечи амбициозной и ничего не смыслящей в материнстве девушки. Ей приходилось часто оставлять дочь у друзей, подруг и соседки, потому что по долгу своей непростой службы она уезжала из города и из страны на какое-то время. Правда, изначально Виталина, рыдая навзрыд, рассказала нам с отцом вовсе не это… Она сказала, что есть девочка и ей срочно нужна помощь. Ей одиннадцать лет, но она такая маленькая и хрупкая… На протяжении нескольких дней она ничего не ела и… жила в шкафу, потому что…

— Потому что? — спрашиваю, теряя терпение.

— Мать оставила её у подруги на время своего отъезда. А эту подругу убил родной брат, расчленил тело и хранил в холодильнике несколько дней. И Адель была там.