– Сможешь сама закончить? Я плохо себя чувствую.

– Конечно, – отвечаю я и пытаюсь улыбнуться, но соседка не отвечает на мою улыбку.

Она выключает свой телефон и уходит в комнату. Я готовлю обед, но так как Эддисон не возвращается через час, иду наверх и тихо стучу в ее дверь.

– Что такое? – хрипло спрашивает она и по голосу слышно, что Эдди плакала.

– Можно войти?

Она не отвечает, но я решаю открыть дверь. Я еще не бывала в ее комнате, и меня поражает, как здесь светло и аккуратно. Мебель белая, постельное белье и украшения светлых пастельных тонов. На стенах висят плакаты топ-моделей, которые выглядят скорее тощими, чем здоровыми.

– Они висят здесь, потому что я не хочу становиться такими, как они. Ведь это – фальшивый идеал, который навязывают девочкам, – поясняет Эдди, когда я слишком долго осматриваюсь.

– Полностью с тобой согласна.

– Хорошо. – Она снова хлюпает носом, привлекает мое внимание.

– Что случилось? Дело в Воне?

Она фыркает и бросает презрительный взгляд на фотографию своего жениха на прикроватной тумбочке.

– Он не придет на нашу новогоднюю вечеринку.

– Мне жаль. Это связано с работой?

– Если бы. – Соседка кивает, приглашая меня сесть на кровать рядом с ней. – Его родители против наших отношений, они всегда ищут причины держать его подальше от меня.

– Что?

– Ты все правильно услышала. Вон – дальний кузен Грейс, с которым она мало общается. Два года назад мы случайно познакомились и влюбились, но его отец хочет стать политиком. Его родители не видят во мне образцово-показательную женушку, готовую безропотно подчиняться.

– Ты точно не такая.

– Я скорее умру, чем позволю наклеить на меня ярлык. Мне, как толстушке, приходилось непросто, Тэй. Ты в курсе, как в школе надо мной издевались из-за полноты. Я старалась не обращать на это внимания, но все равно страдала. Молча, но страдала.

Я помню, как мы с Дэниелом защищали Эдди, когда ее обзывали, но она всегда казалась очень сильной. Я даже не задумывалась, что она все время боролась с предрассудками. Может, она немного в теле, но все равно самая красивая девушка из всех, кого я встречала. Лицо, интересная внешность ее мексиканской мамы и доходящие до поясницы волнистые длинные волосы – все это делает Эдди похожей на сияющую богиню.

– Но Вон вступается за тебя? Он высказывает им свое мнение? – Я вкладываю в эти слова все свои надежды, потому что если это не так, ему несдобровать.

– Раньше он так и поступал, но уже давно мне кажется, что промывка мозгов родителями принесла плоды. Он все чаще уезжает без меня, не позволяет ночевать у себя, если на следующий день ему нужно работать.

Честно признаться, для любящего парня такое поведение мне кажется странным. Если я влюблена в кого-то, мне хочется проводить с ним каждую секунду.

– Он никогда не слышал о берушах?

Эддисон приподнимает уголки губ.

– Даже не знаю, что нас ждет дальше.

Наверное, с самого нашего детства я могла бы сосчитать на пальцах случаи, когда видела Эддисон грустной. Меня печалят ее страдания. Потому я беру ее за руку.

– Знаешь что? Мы отпразднуем лучший Новый год в твоей жизни. Если Вон не придет, это его проблемы. Мы будем веселиться и танцевать ночь напролет.

Она улыбается, закрывает глаза и делает глубокий вдох.

– Звучит отлично. Я уже давно не танцевала.

– Самое время.

– Для чего самое время? – интересуется Грейс, заходя в комнату и садясь рядом с Эдди. Потом замечает покрасневшие глаза подруги и угрожающе рычит. – Вон?

– Ага. Он не придет.

– Ну и ладно. Не могу терпеть таких людей. Но хватит об этом. О чем ты говорила, Тэй?

– Я сказала, что Новый год всем нам пойдет на пользу. Мы будем чаще гулять, много общаться и показывать парням средний палец.

– Что вы имеете против меня? – спрашивает Дэниел, с беззаботным видом входя в комнату. Конечно же, он плюхается рядом со мной, да так, что мы все подпрыгиваем.

– Парни – дерьмо, – заявляет Грейс, вызывая у нас с Эдди улыбку.

– Кроме меня, надеюсь.

– Естественно, Голиаф, – шепчу я и крепко его обнимаю. – Ты лучший и будешь с нами, когда мы начнем Новый год с вечеринки.

* * *

Той ночью я сплю до трех часов на диване рядом с Дэниелом, который смотрит документальный фильм про стихии. Мы согрешили – съели упаковку мороженого и обсудили, кого хотим пригласить на вечеринку послезавтра. Он пригласил Билли, Вилли и Дилли, своих лучших друзей. Я – Чарли и Миранду, к тому же с Чарли мы не виделись целый месяц. Ожидается около тридцати гостей, в основном друзья Грейс и Эддисон.

Солнце уже давно взошло, когда звонит мой сотовый. Рядом со мной что-то бормочет Дэн, но не просыпается. Я беру телефон и смотрю на экран. Неизвестный номер.

– Дженсен, – говорю я хриплым голосом.

– Тейлор? Это Ян. – Я моментально просыпаюсь.

– Привет! Рано звонишь. Надеюсь, все нормально, а то с моим везением обычно наоборот.

– У меня хорошие новости. Мы нашли твою машину.

Я подавляю радостный крик.

– Правда?

– Да, ее перекрасили, но повреждений не заметно.

– Это потрясающе! Большое-пребольшое спасибо!

– Ты можешь сегодня заскочить и заполнить парочку бумаг? Сразу и заберешь машину.

– Ян, ты радуешь меня с утра пораньше, и будь уверен, я это не каждому говорю.

– Приятно слышать. Я буду в участке до одиннадцати.

– Хорошо, я приеду через час. Спасибо еще раз.

Я радостно прижимаю телефон к груди и счастливо закрываю глаза. Мою машину нашли. Я все еще не могу это осознать. И даже царапинки нет!

– Кто это был? – спрашивает Дэниел, которого разбудил-таки звонок.

– Это был Ян. Нашли мой «Фиат», и он не поврежден.

– Круто! Когда ты его заберешь?

– Через час должна быть в участке. Я позвоню Грейс и скажу, что привезу недостающие украшения в зал, чтобы ей не пришлось после работы ехать на другой конец города.

– Классно, еще одна причина отпраздновать.

– Это да, я оторвусь, как уже давно не отрывалась.

– Я буду рядом и поймаю тебя, если пьяной упадешь со стола.

– Один раз! – жалуюсь я. – Это случилось со мной один раз и после стольких лет ты мне об этом напоминаешь.

– Но я не знаю никого, кто бы умел так мило падать, как ты.

Я хватаю подушку и бросаю ему в лицо.

– Ну, погоди! – Дэниел бросается на меня и щекочет, пока весь воздух не покидает мои легкие.

– Сдаюсь! – кашляю я и умоляюще смотрю на него.

Дэн полулежит на мне, его руки так и остались у меня на животе и талии. Его лицо нависает над моим, а глаза взирают на меня с весельем. Я замираю и, несмотря на тяжелое дыхание, позволяю себе рассмотреть этого красавчика: тень от щетины, нос с горбинкой, выделяющиеся скулы, придающие его физиономии немного остроты. Особо не подумав, я глажу его по щеке.

– Тэй? – шепчет Дэниел и смотрит на меня потемневшим взглядом.

Клянусь богом, у его голоса есть какая-то прямая связь с нижней частью моего живота. Потому там сейчас все сжимается.

– Ты такой красивый, – выдыхаю я.

И это истинная правда. Даже если этим заявлением я вознесу его эго до небес, это не перестанет быть правдой.

– Ты красивее. – Я закатываю глаза, а он ухмыляется. – Восхитительные девушки всегда такие.

– Что ты имеешь в виду? – шепчу я, остро ощущая близость наших тел, но все равно наслаждаюсь его весом. Дэниел убирает руку с моей талии, упирается локтем в диван возле моей головы, а другой рукой отвечает на мое прикосновение и тоже гладит меня по щеке.

– Девушки, которые не знают, насколько они обворожительны. Такая искренняя скромность редко встречается.

– Оставь свое обаяние на новогоднюю вечеринку, Грант. Там мы повеселимся и, возможно, кого-то подцепим.

Его губы превращаются в тонкую полоску, и мгновение он молча смотрит на меня. Под этим взглядом мне становится не по себе, ведь все тепло покинуло его глаза.

– Нужно идти, – наконец произносит он и встает, будто между нами только что не произошло ничего особенного. Чего-то большего.

– Я сказала что-то не то?

– Нет, о чем ты. Я просто понял, что сегодня мне нужно пораньше на работу.

Я смотрю ему вслед и чувствую, что где-то напортачила.

Глава 24

Глава 24

Тейлор

Все внутри тревожно сжимается, когда я захожу в участок и сообщаю о своем прибытии. Ян забирает меня у стойки информации и ведет к своему столу.

– Ты хорошо выглядишь, – прямо говорит он и, пока садится, достает красную карту из ящика стола.

– Хочешь сказать, я больше не похожа на ходячего мертвеца? – нервно бормочу.

Он вскидывает руки в защитном жесте и улыбается.

– Я бы никогда такой тебя не посчитал.

– Но я-то знаю. Расслабься, Ян. Я просто немного взволнована.

Мое сердце и правда колотится как безумное. Наконец я верну свою малышку.

– У тебя есть на это веские причины. Мы схватили преступников. Мы не понимали, как им удалось спрятать «Фиат-500», но потом мать угонщиков не увидела знак «стоп», и ее остановили. При проверке документов оказалось, что речь идет о твоей машине.

– Я ужасно рада, что она не превратилась в груду металлолома.

– Нет, тут тебе повезло.

– Благодарю, Ян. Огромное спасибо, что нашли ее. Я теперь знаю, что полиция Нью-Йорка – мои друзья и помощники.

– Может, ты и выглядишь как настоящая жительница Нью-Йорка, но такие фразы свидетельствуют об обратном. Приятно знать, что кто-то нас еще уважает.

– Но это так, и я хочу отблагодарить тебя. – Я вспоминаю, каким печальным в последнее время стал Дэниел. Возможно от одиночества, так что я все равно представлю ему Яна. Даже если тот не заинтересует друга, ему это не навредит. – Моя соседка устраивает новогоднюю вечеринку. Хочешь прийти?