— Добрый день, Ольга Валерьевна! Это Савельева, мать Марка, — пояснила она, поскольку номер телефона, с которого Ника еженедельно связывалась с Маратом и сейчас звонила ей, был женщине незнаком.

— Э… — неуверенно промычала она.

В детском саду в общих чертах знали, что отец Марка убит, а мать обвиняют в его убийстве. Потому Ольга Валерьевна растерялась, услышав Никин голос.

— Я очень прошу Вас… — Ника сделала паузу, чтоб вдохнуть воздуха и не разрыдаться, — Пожалуйста, дайте телефон Марку.

В трубке повисла тишина. Ольга Валерьевна явно не знала, как себя повести. С одной стороны, она тоже мать и женская солидарность толкала ее на то, чтобы пойти на встречу Савельевой, с другой стороны, в праве ли она делать это без разрешения Темновых, которые теперь были официальными опекунами Марка?

— Умоляю… Дайте ему телефон, — прохрипела Ника еще раз.

У Ольги Валерьевны екнуло сердце, она тяжело вздохнула и позвала Марка. Ничего не объясняя, женщина дала ему в руки телефон.

— Алло, — произнес Марк, поднеся аппарат к уху.

— Здравствуй, сыночек, — Ника прислонилась к стене.

— Мам! — с радостью воскликнул он.

— Не кричи! Пожалуйста, не кричи, — спохватилась Ника, поскольку возглас сына мог, кто-нибудь услышать и это могло бы стать причиной неприятностей у чуткой воспитательницы.

— Хорошо, — Маркоша перешел на шепот, — А когда ты придешь за мной?

Ника прикрыла рот рукой, чтоб отчаянно не заголосить. О, как бы она хотела прийти за ним, но пускаться в бега с ребенком, это плохая идея.

— Приду! Обязательно, Маркоша! — стараясь сделать так, чтоб голос звучал уверенно, произнесла Ника.

Ребенок должен жить надеждой, порой даже несбыточной, потому что именно она позволяет ему примериться с суровой действительностью. Но Ника не обманывала, она искренне верила в то, что найдет способ быть со своим сыном, а для этого надо было всего лишь выжить.

— Мне придется уехать… возможно надолго… — Ника набирала воздуха, делая остановки, чтоб не дать волю истерике, которая грозилась вот-вот накрыть ее, — Но мы обязательно будем вместе…

— Мам, ты побыстрее там… Хорошо? — Марк, как и любой ребенок его возраста, верил во всемогущую маму, и не допускал мысли, что у нее может что-то не получится.

— Хорошо. Люблю тебя, — Ника положила трубку.

Ника всегда была сообразительной и правильно поняла замысел 5 отдела ФСБ: Савельеву планировалось оставить Пороху на растерзание. Да, это жестоко, но государство — это бездушная система, для которой каждый человек — это всего лишь единица, что-то вроде строки в активе баланса. Ценность Ники не была достаточно весомой для того, чтобы ставить под удар всю операцию по раскрытию сети ввоза взрывчатки на территории страны и организации терактов.

Глава 37. Бухгалтер

Глава 37. Бухгалтер

"Груз на таможне. Жду бабки," — пришло сообщение Пороху, и он тут же по сети написал в чат распоряжение бухгалтерии сделать оплату.

— Александр Михайлович! Там к Вам инспектора ФНС… — побледневшая секретарь Маша приоткрыла дверь, но войти так и не решилась.

Порох на секунду задумался, окинул ее тяжёлым взглядом и раздражённо спросил:

— Так веди их в бухгалтерию? Пусть главбух встречает, это ж по ее душу…

— Э… В том то и дело. Михайлова утром позвонила и сказала, что прийти не может, пищевое отравление у нее. А сейчас она трубку не берет… Видимо совсем плохо… — Маша суетливо вытерла вспотевшую от волнения ладонь о короткую юбку.

Порох бегло осмотрел стол на предмет того, что стоит попрятать по ящикам, и не найдя ничего подозрительного, кивнул:

— Ладно, пусть заходят.

Маша посторонилась и пропустила в кабинет двух женщин средних лет с цепким взглядом. Они вошли и без приглашения сели за стол.

— Добрый день, Александр Михайлович! Вот ознакомьтесь с постановлением о проведении внеплановой проверки, — одна из них положила перед ним на стол формуляр.

Порох склонился над бумагой. В документе перечислялись многочисленные нарушения, выявленные в ходе недавних камеральных проверок, которые и послужили основанием для проведения выездной. "Твою мать! Умный бухгалтер — проблема, а тупой — еще хуже! Ты посмотри только, что натворила эта влюбленная дура!", — он приходил все в большую ярость от прочтения текста. Тишину прервал сигнал сообщения, поступившего в чат:

"Александр Михайлович, не могу провести платеж…" — написала ему бухгалтер-кассир.

Как же его раздражали эти подчинённые, которые ни на что не способны и ещё вот так что-то напишут и остановятся на полпути, ожидая наводящих вопросов. Порох накалился как кипящий чайник. Было острое желание всех прикончить, и в его случае это было далеко не фигурой речи.

"По какой причине?" — ответил он, продолжая одним глазом читать постановление о проверке.

"Все операции по счету приостановлены до окончания проверки службой финансового мониторинга…" — пришел скрин надписи из клиент-банка компании.

"Чего? Ещё одна проверка?" — а вот теперь Порох был удивлен. Он замер, пытаясь понять, что происходит. Если не найти способ оплатить груз, то тогда он должен будет остаться на границе. Оплатить "товар" не со счетов СинТОРГа было невозможно, так как все документы оформлены на эту компанию.

"Сколько продлится эта проверка, Вы узнали?", — уточнил он.

"Да! До тех пор, пока мы не сможем обосновать несколько платежей, которые должны были уйти вчера…" — оперативно отвечала кассир.

"Так какого лешего Вы ещё не обосновали их?!" — Порох даже на время забыл про налоговиков, сидящих в его кабинете.

"А я понятия не имею, что это за платежи…" — пришел ответ вместе с очередным скрином из клиент-банка.

У Пороха глаза полезли на лоб, потому что он тоже понятия не имел, что это за платежи. По всему выходило, что счёт заблокирован надолго.

— Э… Александр Михайлович! — Маша, ставшая одним цветом с невзрачно- серой стеной, опять приоткрыла дверь.

— Дай угадаю… Ещё одна проверка? — скрипнув зубами, спросил Порох.

— Угу… — кивнула она.

— Так, — он встал, поставил размашистую подпись на направлении налоговой, — Отведи женщин в бухгалтерию, — А все, кто еще придет… — Порох быстрым шагом направился на выход.

— А кто-то еще придет? — срывающимся от напряжения голосом спросила Маша, вжимаясь в дверной косяк.

— Обязательно, малыш, — проходя мимо нее, он потрепал ее по щеке, таким образом попрощавшись. Порох предполагал, что скорее всего видит свою временную любовницу в последний раз. Его прикрытие в виде СинТОРГ в ближайшие дни явно должно обрушится.

— Вызови юриста, пусть он по доверенности всех встречает… — Порох прошел мимо мужчины в форме МЧС и нажал кнопку лифта.

— А… Вы куда? — все же рискнула спросила Маша, несмотря на то, что он запрещал ей задавать подобные вопросы.

— Пойду найду одну маленькую, хитросделанную… — Порох вошел в лифт и усмехнулся — «влюбленную» сучку… вот почему она боялась, — пробормотал он в закрывающиеся двери.

Он сделал безошибочный вывод о том, кто стоит за всем происходящим. Порох собирался найти своего главного бухгалтера и узнать у нее: чей она «засланный казачок».

***

Работа бухгалтера чем-то похожа на работу врача. Врачу доверяют жизнь и здоровье, а бухгалтеру — жизнь и здоровье бизнеса. И его некомпетентность или злой умысел могут нанести ощутимый, а иногда и фатальный вред. Электронные подписи, ключи, документооборот полностью находятся в его власти, что даёт ему неограниченные возможности и полномочия.

Ника была талантлива в своей профессии, и Марат не преувеличивал, когда говорил, что ее знаний и квалификации хватит, чтоб разобраться в схемах СинТОРГа. Их хватило и для того, чтоб если не похоронить, то создать огромные проблемы в его работе.

Ника осознанно не ответила в срок на запросы налоговой службы о предоставлении информации и документов по ряду валютных операций, подала неполный пакет по последней импортной сделке, а отчётность подала раньше срока, но зато с данными, отличными от контрагентов. Она уменьшила налоговую нагрузку до критического минимума и начислила ряду сотрудников заработную плату меньше налогооблагаемого минимума, написала обращения от имени нескольких сотрудников о выплате компанией зарплат в конвертах. Все эти огрехи в совокупности должны были спровоцировать внеплановую проверку налоговой службы, что собственно и произошло.

В прокуратуру Ника отослала анонимки с жалобами на несовпадение фактического местоположения и юридического адреса. Это в свою очередь рано или поздно побудило бы и этот надзорный орган разобраться с компанией. Такое нарушение грозило исключением юридического лица из государственного реестра.

Она запросила через Марата данные предприятий, которые были взяты правоохранительными органами на карандаш по подозрению в том, что они ничто иное, как "налоговые ямы" и все свободные денежные средства СинТОРГа отправила большими платежами в пользу нескольких структур из списка, сброшенного Маратом. Такие переводы подставили компанию под удар не только налоговой службы, но и службы Финансового мониторинга обслуживающего банка.

Напоследок Ника направила в полицию почтовое уведомление о потере печати и всех электронных ключей СинТОРГ, чтоб с момента ее исчезновения никто не смог оперативно все исправить.

Глава 38. Трекер

Глава 38. Трекер