– Ага… Дурацкая привычка: знаю же, что желудок мне спасибо не скажет, но все равно думаю, а вдруг в этот раз повезет. Вечно воюю с кишечником.

– Моя дурацкая привычка, – поделилась Сьерра, – в том, что я постоянно жду, что люди образумятся, а потом злюсь, когда этого не случается.

Обе выжидающе посмотрели на меня, тогда я сказала:

– А моя дурацкая привычка…

И тут, как по заказу, в кафе вошел Мейсон.

И направился прямиком к нам.

Глава 14

Глава 14

– Доброе утро! – слишком уж радостно и бодро поприветствовал он. – Очень рад всех видеть. Синклер, сегодня ты особенно очаровательна.

Я испытала приятное волнение и злость одновременно. Общение с ним – как головокружительный аттракцион, с которого нельзя сойти. В такие моменты я всегда чувствовала себя странно: подступающая к горлу тошнота сочеталась с некоторой толикой воодушевления.

Сьерра и Бриджит поприветствовали его, а я промолчала. Бриджит спросила, какие у него на сегодня планы, и Мейсон ответил:

– Да вот, зашел взять кофе для мамы, а она ждать не любит. Так что до встречи. Синклер, не забудь, вечером у нас свидание.

– Это не свидание! – закричала я ему вслед, и половина людей в кафе обернулась, чтобы посмотреть на меня. – Это не свидание, – повторила я тише.

Заказ Мейсона был уже готов, так что он забрал кофе и пошел к выходу, махнув мне на прощание.

– Аппетитные булочки, – с наслаждением прокомментировала Бриджит, глядя ему вслед.

А Сьерра смотрела на меня такими круглыми глазами, что была похожа на персонажа аниме.

– Ни слова, – предупредила я ее.

– Но у меня их так много! Что, как, когда, почему, зачем? Столько вопросов!

Бриджит хлопнула в ладоши.

– Ну что, как вчера прошло ваше свидание после моего ухода? Я жажду подробностей! Особенно самых неприличных и сексуальных!

– Погоди-ка, – удивилась Сьерра, – Саванна была на свидании с Мейсоном? Одна? Тут что-то не сходится. Я думала, с ним собиралась встречаться ты, а Саванна была третьей лишней? Как так вышло, что вы поменялись местами?

Я снова попыталась было возмутиться, что это не свидание, но меня все равно никто не слушал.

– Ой, да ладно, – отмахнулась Бриджит, – желание встретиться с ним было продиктовано моей гордостью и его сексапильностью. Было, но прошло.

– Но вы ведь подруги! – продолжала Сьерра. – Раз он тебе нравится, то Саванна не должна с ним встречаться.

Логично.

Однако Бриджит, как заправская боулингистка, разбила все аргументы одной фразой:

– Если бы мы придерживались этого правила, никто из вас не нашел бы себе пару на свидание в радиусе ста километров.

Это замечание очень рассмешило сестру и даже у меня вызвало улыбку, которая тут же померкла, когда Бриджит обернулась и спросила:

– Ты не рассказала ей про мой план?

Сьерра мне и слова не дала вставить:

– План? Какой план? Мы с ней вообще не виделись с того дня, когда вы все ходили на самое странное в мире свидание.

– Короче, я пыталась их расшевелить, заставить сблизиться. Рассказывала о самых благородных чертах характера и хороших делах каждого, чтобы они увидели друг друга в ином свете.

– Отличная идея, – похвалила Сьерра.

– Рано радуешься, – сказала я.

– Почему? Идея действительно неплохая.

Бриджит повернула сумку с Лалабель так, чтобы собачка могла нас видеть и скулить в нашу сторону.

– Это, конечно, не мое дело, но я хочу знать, что у вас с Мейсоном, – в мельчайших подробностях.

Несмотря на видимую бодрость, с Бриджит явно было что-то не так, хотя я не могла понять, что именно. Она все так же улыбалась, шутила и острила, но за всем этим фасадом скрывалось что-то еще.

Наверное, ее маме стало хуже. Я сначала думала спросить об этом, но потом решила, что она первой завела бы разговор, если бы хотела. Поэтому я просто вкратце пересказала события вчерашнего вечера и объяснила, почему иду сегодня с Мейсоном на ужин.

Сьерра поджала губы, а затем сказала:

– Он пригласил тебя в твой любимый ресторан и ты согласилась?

– Да он меня шантажировал! – возмутилась я.

Бриджит показала на себя, потом на мою сестру.

– Будь мы со Сьеррой детективами из «Закона и порядка», мы бы сейчас обменялись понимающими взглядами.

– Точно. – Сьерра кивнула. – Прости, дорогая, но в твоей истории кое-что не сходится. Тебя ведь невозможно шантажировать.

Она не стала озвучивать мысль о том, что я согласилась, потому что хотела пойти на свидание. Хотя это и так читалось.

– Вот видишь! Поэтому я и не стала за ним гоняться, – сказала Бриджит. – Очевидно же, что он влюблен в Синклер, и у других просто нет шансов. Не знаю уж, насколько безответны его чувства.

Она назвала меня по фамилии, как обычно делал Мейсон. В груди у меня все сжалось, лишив на время способности говорить.

И слава богу! Потому что если бы я заявила, что все эти намеки на мои чувства к Мейсону совершенно беспочвенны, кто-нибудь обязательно пошутил бы, что я слишком активно от них открещиваюсь.

Уж лучше помолчать, чем давать им поводы для таких шуток.

– О! А может, тоже придем и посмотрим издалека? – предложила Сьерра, как будто мое вынужденное «свидание» с Мейсоном – это чемпионат по футболу, собирающий толпы болельщиков.

– Я бы даже рискнула поставить на то, что вечер закончится поцелуем, – поддержала ее Бриджит.

– И проиграла бы. – Ко мне наконец-то вернулся дар речи. – Ставка миллион к одному, потому что этого точно не произойдет.

* * *

Несколько часов спустя я уже сидела во «Флавио», понимая, что у Бриджит действительно нет шансов.

Прежде всего потому, что Мейсон не соизволил явиться.

Он шантажом вынудил меня поужинать с ним, заставил надеть лучшее платье, неоднократно называл это свиданием – а сам не пришел.

Хотя чему тут удивляться? Как будто в первый раз! Может, лет через семь он мне позвонит и скажет, что его испугали обязательства и поэтому он пропустил свидание? И цикл замкнется.

«Флавио» с детства был моим любимым рестораном. Здесь очень светло, на деревянных балках под потолком мигают огоньки гирлянды. Темно-оранжевые стены украшены разноцветными картинками и прочими безделушками. На небольшой сцене в углу гитарист поет о любви.

Именно тут я праздновала самые важные события в своей жизни и здесь же топила печаль.

Только теперь я была уже достаточно взрослой, чтобы топить ее в алкоголе, а не в мороженом. На верхней полке стояла бутылка дорогой текилы, которую мне всегда хотелось попробовать, так что я попросила бармена налить мне немного.

Вызову такси, а завтра вернусь за машиной. А сегодня напьюсь до беспамятства, буду радоваться жизни – и плевать, кто там что думает. Ощущения, забытые за давностью лет.

Вдобавок это поможет не зацикливаться на том, что Мейсон Бекет меня продинамил.

Опять.

Пару раз пиликал телефон, но я даже не посмотрела, кто звонит. После всего стресса последних дней я заслужила капельку отдыха. На секунду я даже задумалась, не позвать ли Бриджит и Сьерру, но потом вспомнила, что у сестры сегодня ночная смена, а Бриджит снова заведет песню про то, какой Мейсон Бекет замечательный. Да-да, тот самый Мейсон, который назначает свидания, а сам на них не приходит.

На второй стопке бармен Ромео спросил, не принести ли мне чего-нибудь поесть.

В целом неплохая идея. Я заказала начос. Всегда их любила, да и было в них что-то родное: по сути, это те же тако, которые еще не нашли свой путь в жизни.

В тот момент я чувствовала себя прямо как эти начос.

Когда Ромео вернулся с моими тако – ой, то есть начос, – я спросила, не составит ли он мне компанию. В конце концов, зря я, что ли, так нарядилась?

– А еще тебя зовут Ромео – это мироздание посылает мне знак, – добавила я. – Романтичный знак. А вдруг я твоя Джульетта?

Он мимолетно улыбнулся, как будто слышал это уже в тысячный раз, и пошел обслуживать другой столик. И это, наверное, было к лучшему. От алкоголя я всегда становилась чересчур общительной.

Опустошив четвертую стопку, я вдруг услышала то, что слышать совершенно не хотела.

– Синклер?

Мейсон. Что это у него в руках?

– Мейсон! – громко воскликнула я. – А вот и ты!

– Ты что, пила? – Он выглядел смущенным.

Неудивительно. В школьные времена я не была завсегдатаем вечеринок да и сейчас редко позволяла себе больше бокала вина раз в пару недель. Хотя вряд ли ему, конечно, было об этом известно.

Он еще никогда не видел меня даже слегка подвыпившей.

– Только алкоголь.

– И насколько ты пьяна? – спросил он.

– Сильно. Или очень сильно, – заверила я его.

– Текила, да? – Он кивнул на бутылку. – Сколько же ты выпила?

– Сегодня? Или за всю жизнь?

– Сегодня.

– Сложно сказать.

Я помахала Ромео опустевшей стопкой.

– Ромео! Неси еще! Por favor[1]!

Я улыбнулась Мейсону.

– Видал, как текила разрушает языковые барьеры?

Он улыбнулся в ответ.

– И что же заставило тебя так нагрузиться, будто перед операцией без анестезии?

– Хм-м-м, сложный вопрос, без бутылки не разберешься, – сказала я, постукивая пальцами. – Хотелось повеселиться.

Какой-то назойливый голос на периферии сознания бубнил, что я почему-то должна быть расстроена, но я, хоть убей, не могла вспомнить почему.

– Какой бы ни была причина, вряд ли текила – хороший помощник.

– Не просто хороший, а сногсшибательный!

От его прекрасного смеха по телу разлилось тепло. А может, это текила постаралась. Какая разница? Главное, что мне хорошо. Нужно почаще его смешить.