— Да это все ерунда, — фыркает негодующе Дима и пытается схватить меня за запястье. — Вы не понимаете…

— Остановись, пожалуйста! — ледяным тоном приказывает мужчина, и Спутник замирает на месте. — Девочка пока побудет у меня. Погостит у моей Нины. А я разберусь, — заявляет совершенно спокойно, и никто не смеет ослушаться.

— Пойдем, — берет меня за руку незнакомая женщина. А я не знаю, что делать. Там в доме Спутника остался ноутбук, моя единственная связующая с Артемом ниточка.

— Не бойся, — улыбается мне женщина. — Мы не бандиты какие-то.

— Вроде приличные люди, — оглядывает себя и жену дядя Коля.

— Николай Иванович, я попрошу, — выходит из анабиоза Дима.

— Рот закрой и иди к себе, — резко велит мужчина. — Я сказал. Разберусь. Потом тебя вызову.

— Надеюсь, это временно. И мы быстро уладим глупое недоразумение. Мой человек побудет в доме или рядом. Не взыщите, Николай Иванович, — резко бросает Спутник и смотрит на меня пристально и угрожающе.

— Зачем ты пугаешь девочку, Дима? — с укоризной мотает головой женщина.

Мою ладонь тут же сжимают полные пальцы. Мягкая женская рука дарит тепло и спокойствие. Интуитивно понимаю, что все закончилось. Я в безопасности. Надо только сообщить Артему. Вот только как? Я даже не знаю, где он остановился. И номер его сотового не помню!

Глава 42

Глава 42

Вместе с Ниной вхожу в большой уютный дом, где пахнет сдобой и кофе.

— Не стесняйся, проходи, девочка, — машет пухлой лапкой хозяйка. В черных, как вишни, глазах стоят слезы. Но Нина быстро смаргивает их и улыбается мне, как родной.

Расстегивает шубу, которую тут же подхватывает Николай Иванович.

— Спасибо, — благодарю еле слышно.

Мельком наблюдаю, как крепкий пожилой мужчина ухаживает за своей женщиной. Совершенно спокойно, будто действует на инстинктах. Не показушничает. Сейчас уже такие экспонаты не выпускают. Видимо, заводские настройки там наверху подрихтовали. Заложили программу попроще. Уровняли мужчин и женщин во всем, не позволяя им даже казаться слабыми и желанными.

— Ну что же ты? — оглядывается на меня Нина. — Так и будешь в дверях стоять? Или к Ступникову вернешься?

— Нет! — выдыхаю порывисто. — Ни в коем случае! — быстро стягиваю с себя розовый дутый пуховик и такие же сапожки. Все Дима покупал, все выброшу, как только вернусь домой.

— Ой, какая же ты классная! — улыбается мне Нина, только сейчас заметив живот. — Надеюсь, не от нашего Димы? — уточняет с сомнением.

— Нет, от мужа, — поясняю торопливо. Убираю назад волосы в пучок и растерянно смотрю в зеркало. Видок у меня еще тот. Домашние лосины, мои любимые, и майка, в которых меня вывезли из Генеральского. Сверху толстовка со стразами. Это уже Ступников покупал.

— А муж у тебя кто? — строго спрашивает хозяин дома.

— Сарматов Артем Алексеевич, — выдаю машинально. — Он меня ищет. Уже прилетел в Челябинск.

— Сейчас найдем его, — кивает мне мужчина и поворачивается к помощнику, стоящему чуть в стороне. — Денис, найди мне человека. Пусть приедет. Разговор есть, — велит он и даже не задумывается, что кто-то может не исполнить его просьбу. — Что там у нас? — вдыхает запах, обволакивающий уютом и спокойствием. — Валя! — кричит куда-то вглубь дома. — Что там у тебя? Пирожки готовы?

— Через пять минут достану и все подам в гостиную. Отправляйтесь туда! — слышится звонкий женский голос.

— У нас гости! Давай быстрее, — откликается Николай Иванович и, не дождавшись ответа, указывает рукой на широкую арку. — Прошу! Располагайтесь. Будьте как дома.

Смущаясь, вхожу в красивую комнату, залитую огнем. Горит люстра и настенные светильники. В ярком свете сверкают хрустальные бусины разных размеров, наполняя комнату волшебством. Не смея сесть на нарядный диван, обитый полосатым шелком, изумленно таращусь на стены, увешанные картинами и портретами.

Всматриваюсь в счастливые детские мордашки, в лица молодоженов и останавливаюсь около портрета двадцатилетней давности. Красивая девушка, школьница с большими белыми бантами. Такая точно со временем должна была превратиться в писаную красавицу. Но на других фотках ее нет.

— Это Тамара, наша дочь. Ее похитили и убили, — раздается за спиной хриплый голос Николая Ивановича. — Такую цену мы заплатили за свой бизнес, за завод… Сломить меня хотели, но я не сдался.

— У моего мужа родителей застрелили, — замечаю горько. — Тоже из-за бизнеса. Но братья Артема выстояли.

— Погоди, — останавливает меня хозяин дома и даже морщится, как от боли. — Сарматовы, говоришь? Кажется, я слышал эту историю. В дом во время дня рождения ворвались молодчики и перебили две семьи, только дети уцелели. Старшие успели вынести младших. Лет двадцать назад?

— Сарматовы и Милютины, — киваю я, наслушавшись рассказов Артема и его семьи.

— Точно! Коля Милютин! Я вспомнил, — оживляется мужчина. Трет гладкие обвислые щеки и поворачивается к помощнику, застывшему прямо под аркой. — Денис, найди мне телефон Прокопьича. В старых контактах посмотри.

— А как он у вас записан, Николай Иванович? — участливо уточняет тот.

— Прокопьев Яков Александрович, — отрезает хозяин дома и тут же поворачивается ко мне. — Мир восхитительно тесен, оказывается.

— А что ты гостью на ногах держишь? — раздается сзади хлопотливый голос Нины. — Ты садись, садись, девочка. В ногах правды нет. Сейчас перекусим и поболтаем.

— Долго болтать не получится, — добродушно ворчит Николай Иванович. — Мы сейчас ее мужа найдем. Полчаса — и прискачет.

— Ну и хорошо, — улыбается печально Нина. Усевшись рядом со мной на диване, лишь на короткий миг застывает взглядом на портрете погибшей дочери. — Я все думаю, если бы нашей Томочке хоть кто-то помог тогда.

И осекается, прикусив губу.

— Это мой иконостас, — показывает на стену. Старается держаться спокойно, но в глазах плещется боль. — Сын наш старший, Андрей. Его семья. Дети. Наши внуки. Есть ради кого жить. Но твоя история как вены вспорола. Я просто не могла не вмешаться, — хватает меня за руку Нина.

— Спасибо вам, — прижимаю к груди пухлую ладонь хозяйки дома. — Спасибо! — выдыхаю на автомате. И даже не представляю, чтобы я делала без этой женщины.

— Коля Спутника накажет, — поджав губы, кивает Нина. — Выгонит из поселка. Он не позволит, чтобы рядом с нашей семьей и друзьями ошивался преступник, промышляющий киднепингом. Но наверное, и твой муж подаст заявление в полицию. Это же похищение. Слава богу, с тобой и ребенком все нормально.

— Да, наверное, уже подал. И меня ищут, — осторожно сообщаю. Все еще боюсь упомянуть самое главное. У нас с Темой есть связь. Не хочу саму себя выдавать. А вдруг это какая-то Димина подстава? Как по волшебству все разрешилось. Так не бывает. Или все-таки чудеса случаются?

— Есть контакт! — возвращается в комнату хозяин дома и строго спрашивает в трубку: — Сарматов? Артем Алексеевич?

А у самого лицо расплывается в улыбке.

Слышу Темкино встревоженное «Да?». Вижу, как торжествует Николай Иванович.

— Тут с вами кое-кто хочет поговорить, — смеется он и передает трубку мне.

— Да? — рыкает мне прямо в ухо Артем.

— Тема, Темочка! Меня спасли! — всхлипывая, кричу в трубку. Слезы ручьями текут по щекам. Посторонние люди встревоженно смотрят на меня, но я ни на кого не обращаю внимания. — Темочка мой! Приезжай скорее! — реву в голос.

— Сейчас буду. Ты где, Ася? — обеспокоенно выдыхает муж. — Адрес сказать можешь?

— Адрес? — растерянно смотрю на хозяев дома.

— Я объясню, — протягивает мне руку Николай Иванович. Послушно вкладываю ему в ладонь айфон последней модели. Слышу, как хозяин дома что-то объясняет Артему, и реву, до конца не веря своему счастью.

Артем рядом. Сейчас за мной приедет!

— Ну-ну, девочка, — обнимает меня Нина. Притянув к себе, ласково гладит по спине. Как мама. Как самая настоящая мама! А потом всхлипывает сама. — Все обошлось, Асенька. Не плачь.

— Развели тут сырость, — ворчливо бросает Николай Иванович и придирчиво смотрит на повариху и горничную, входящих в комнату с подносами. А на них румяные пирожки и булочки, узорчатые чашки, бутерброды и розетки с вареньем. Сглатываю вязкий ком, только сейчас понимая, как проголодалась. И с нетерпением жду, когда позовут к столу. Я бы все съела, честное слово!

— Ну что, красавицы? Вы опоздали! — разворачивает процессию Николай Иванович. — Теперь в столовой нормальную поляну накрывайте! По такому поводу не грех выпить!

Глава 43

Глава 43

Артем с Жорой приезжают через пятнадцать минут. Высокие, красивые, статные, заполняют собой все пространство. Утирая слезы, бросаюсь к мужу. И тут же оказываюсь в его крепких руках. Как же мне не хватало все эти дни объятий Артема! Его прикосновений, дыхания рядом. Утыкаюсь носом ему в грудь и реву, как маленькая.

— Аська, девочка моя любимая, — выдыхает жарко Артем. От избытка чувств подхватывает на руки. — Я люблю тебя, — шепчет мне в ухо. — Очень люблю.

И целует при всех крепко-крепко.

— Спасибо вам, — пожимает руку хозяину дома Жора. А я не могу сдержать слез. Смотрю на мужа и плачу. Даже отстраниться от него не могу. Мне важно держаться за него, чувствовать тепло родного человека и слышать его дыхание.

— Со Спутником разберемся, — негромко цедит Николай Иванович.

— Да мы тоже его к ногтю прижмем, — кивает ему Жора.

— Прошу к столу, дорогие гости, — радостно возвещает Нина. И улыбаясь, протягивает мне руки. — Пойдем, Асенька.