В гостеприимном доме Венгеровых мы засиживаемся допоздна. Николай Иванович приглашает даже Прокопьева с сыном. Я молча жмусь к мужу, а он держит меня обеими руками и почти ничего не ест. И это мой Тема, который всегда голодный!

Новые знакомые и наш Жора вспоминают, как строили бизнес, а я даже не прислушиваюсь. Просто наслаждаюсь близостью и млею, когда Артем чертит узоры на моей ладошке.

— Я хочу выпить, — неожиданно поднимается с места Джо. — Хочу помянуть наших родителей. Они будто сверху протянули нам руку помощи. Отвели беду от Аси и своего внука.

— Без волшебства точно не обошлось, — крякает Николай Иванович. — Все решила случайность. Ваша девочка просто оказалась в нужное время в нужном месте.

— Господь управляет нами посредством обстоятельств, — глубокомысленно изрекает Жора, прежде чем закинуть в горло содержимое рюмки.

Все молча пьют, а я снова утираю слезы.

«Жора прав, без высших сил тут не обошлось», — думаю расслабленно и вздрагиваю, когда раздается резкий сигнал домофона.

— Не иначе как Спутник пожаловал, — усмехается криво большой сильный мужчина, сидящий рядом со стариком Прокопьевым. Трет голову, будто соображая, что делать. И довольно поднимается из-за стола. — Клиент довольно предсказуем. Мои пацаны уже заждались.

— Так надо было в дом пригласить! — выпаливает Нина и тут же осекается под насмешливым взглядом мужа.

— Я выйду к нему, Юрий Яковлевич, поговорю, — подрывается с места Тема.

— Сиди, Артемчик. Отдыхай. Мы сейчас упакуем ненаглядного. Давно ждем подходящего повода, — мотает головой тот и идет к выходу.

С улицы доносятся крики, звучат выстрелы.

— Похоже на бой, — напряженно замечает Николай Иванович, подходя к окну.

— Коля, осторожно! — вскрикивает Нина. — Пожалуйста. Юра сам разберется.

И когда в столовую вваливается Прокопьев с простреленным плечом, первая кидается оказывать помощь.

— Что там? — осторожно спрашивает Жора. А Нина уже стаскивает с Юры рубашку и туго бинтует мощное предплечье.

— Все нормально. Сейчас скорая приедет, упакуем, — морщится Прокопьев-младший и добавляет со злостью: — В черный целлофан, как и требуется. Пока лучше из дома не выходить. Судмедэкспертиза должна отработать.

— Он погиб? — в ужасе переспрашивает Нина. А Николай Иванович лишь опускает ей руку на плечо, призывая помолчать.

— Да это дерьмо пришло с пекарем. Отстреливаться начал. Парня моего угробил. Меня задел, гаденыш. Открыли огонь на поражение. Сопротивление при задержании. Но я думаю, никто плакать не станет.

— А я ему морду набить хотел, — вздыхает Артем. — Но такой конец меня больше устраивает. Не будет небо коптить, — заявляет, ощерившись.

— Давайте чай пить, — предлагает Нина. Проходя, вскользь гладит меня по плечу. — Все обошлось, девочка.

«Обошлось, — вздыхаю мысленно. — Артем вовремя приехал. И этот Юра. Видимо, какой-то полицейский чин. А иначе…» — осекаюсь в ужасе. И только сейчас понимаю простую истину. Мы с хозяевами дома избежали расправы по счастливой случайности.

— Нас точно сверху оберегают, — шепчу, прижимаясь к мужу.

— Так и должно быть, — целует меня в темечко Артем. — Даже в песне поется. «Наши мертвые нас не оставят в беде». — И добавляет со вздохом: — Все закончилось, девочка. Сегодня же домой вернемся.

— А кстати, — задумчиво трет переносицу Джо. — У этого недоумка какие-то наследники есть? Надо пробить, Тема.

— Ты хочешь предъявить за участок? — усмехается Артем. — Моя Азия вроде наследница. И маман ее тоже.

— Не хочу я ничего от Ступникова. Пожалуйста, Артем, Жора! — вскрикиваю в ужасе. — Не надо ничего предпринимать! Я вас очень прошу, — умоляю мужа и его брата. — Мне ничего не надо от Ступникова! Вообще ничего!

— Значит, тещу попрошу, — морщит нос Артем. — Ей пригодится.

— Что значит — тещу попросишь? — спрашиваю обалдело. Мама, конечно, согласится. Но вряд ли Артем сможет ее о чем-то попросить. Тем более сейчас, когда она встала на сторону Димы. Да и Курдюк тоже.

— Она нам очень помогла, — спокойно объясняет Жора. — Сдала Ступникова и адресок написала.

— Римма ушла от Курдюкова, — гладит меня по спине Артем.

— И где она сейчас? — не верю собственным ушам.

— Живет в старой квартире моей жены, — улыбается мне Жора. — Не бойся, Ась. Квартира хорошая. Со свежим ремонтом. Твоей маме там понравилось.

Трудно поверить в происходящее. Мама поддержала меня, а не Колю? Интересно, а что скажет бабушка, когда узнает, что по моей вине лишилась ежемесячных платежей?

— Но я не хочу ничего брать от Ступникова. Ни для себя, ни для мамы. Его еще не увезли даже. А мы тут наследство делим. Как-то не по-людски. Нам оно точно радости не принесет. Пожалуйста, давайте отступимся, — прошу сквозь слезы.

— Делайте что хотите, — крякает недовольно Жора и куда-то уходит вместе с хозяином дома. Нина хлопочет над раненым в другой комнате. А мы остаемся с Артемом одни в гостиной.

— Ну наконец-то! Я прям извелся, — целует он, гладит меня по животу. Малыш пинается прямо под его ладонью. Раз. Другой. — Смотри, Аська, смотри! — ликует Сарматов и, наклонившись, шепчет заговорщицки: — Привет, сынок! Папа рядом.

Глава 44

Глава 44

Ася

Мы возвращаемся домой тем же вечером. У местной полиции к нам вопросов нет. Мое похищение к преступлениям Ступникова не добавляют. И дела не объединяют. Меньше мороки следователям и нам спокойнее. По официальной версии сбрендивший Дима оказал сопротивление при аресте. Благо грехов за ним числилось много.

Я не стала вникать, но Жора объяснил такой поворот просто. Если бы я проходила по делу свидетелем или потерпевшей, пришлось бы задержаться в Челябинске. А нам с Артемом не терпелось поскорее вернуться домой.

Мне кажется, с момента нашего воссоединения мы не можем оторваться друг от друга. Даже отойти на пару шагов не в силах. Все время держимся за руки, а если ситуация не позволяет, мимоходом касаемся друг друга. Семья и близкие над нами подшучивают. Зовут голубками. А девчонки — Николь и Ксения — смотрят на нас мокрыми от слез глазами и умиляются.

Две мои невестки, ставшие сестрами.

В Генеральском я наконец чувствую себя дома. И все не могу насладиться привычным укладом. Любуюсь цветами, растущими в кадках, камином в холле и даже коваными перилами. И сам дом кажется мне невероятно уютным и живым. Не то что жилище Спутника. Но иногда ночами я снова оказываюсь там, бегу по лабиринту в надежде выбраться и опять натыкаюсь на тупик. С каждой стены на меня смотрят инсталляции тетки, а за спиной слышится зловещий Димин смех.

Вздрагиваю и просыпаюсь в холодном поту.

— Иди сюда, маленькая, — сгребает меня в охапку Артем. В коконе теплых рук выдыхаю, сразу успокаиваясь. Не могу уснуть и не пытаюсь даже. Просто лежу рядом. Еле касаясь, глажу мужа по спине, легко целую в ключицу и наслаждаюсь каждым мигом нашей близости.

— Доброе утро, — просыпаясь, сонно тянет Артем. Инстинктивно укладывает руку мне на живот. И наш сын-футболист тут же откликается, ударяя пяткой.

— Доброе, — трусь щекой о мускулистое Темино предплечье.

— У меня для тебя сюрприз, — зарывается носом в волосы муж. — Сколько сейчас времени? Шесть утра? Пора вставать. Иначе ничего не получится.

— Какой? Может, хватит сюрпризов, Темочка? — улыбаюсь и совершенно не представляю, что еще он мне подарит. Каждое утро около кровати появляются новые вазы со свежими цветами, а на тумбочке я нахожу очередной подарок, как ребенок на Рождество. Серьги, кольца, браслеты, ожерелья, билеты в театр, акции крупных компаний и шелковые платки.

— Сегодня основной сюрприз, — садится Артем на кровати и, обняв меня, признается со вздохом: — Я долго к нему готовился, Асенька. Сейчас завтракаем и едем.

Куда? Зачем? Ничего не могу понять, но воспринимаю происходящее как игру. Артему я доверяю на все сто. И ни капельки не волнуюсь.

— Ась, придется завязать тебе глаза, — извиняющимся тоном просит он, когда машина въезжает в город. — На несколько минуток. Иначе сюрприза не получится. Ты мне доверяешь?

— Абсолютно, — хихикаю я. И даже сама подставляю лицо, на которое Сарматов тут же накидывает черную бархатную повязку. — Не давит? Тебе удобно? Ты не нервничаешь? — спрашивает обеспокоенно.

— Нет, все хорошо, — прикрыв веки, прижимаюсь к плечу мужа. Наши пальцы по привычке переплетаются, заставляя сердце трепыхаться от счастья. Чувства обостряются. Каждой клеточкой ощущаю Артема. Люблю его. Доверяю ему. И хочу жить вместе с ним до глубокой старости. Как дядя Коля с тетей Ниной.

— Ну все, приехали, — тихо шепчет на ухо муж. — Выходим потихонечку.

Бережно выводит меня из машины. Обняв за плечи, направляет куда-то. В коконе крепких рук чувствую себя совершенно спокойно. Даже самой смешно. Прижавшись к Артему, хихикаю легкомысленно и в точности выполняю все его команды.

— Тут ступенька, — предупреждает он заранее и вводит меня в какое-то помещение, благоухающее знакомым цветочным ароматом, будто кто-то моими духами попрыскал. Где мы? Понять не могу.

— Еще пять ступенек. Осторожнее, Асенька.

Гудит подъехавший лифт. Открываются створки.

— Осторожно, Асенька, — снова предупреждает меня муж, вводя в тесную кабину. Так и стоим, прижавшись друг к другу. Лифт грохочет, медленно тащась все выше и выше.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю, изнывая от любопытства.