— Вот лошадку помню, — смеюсь радостно. — Мы ей все играли. Давайте выпьем за встречу, — предлагаю, понимая главное. Мне сейчас никуда не деться. Какой-то приятель отца. Явно не подставной.

Можно составить досье на Сарматовых. И вполне вероятно, у Димы оно есть. Можно перебрать по именам всех моих братьев и сестер. Но блин, лошадь Маруся! По ней точно никакой информации нет. Как же мы с Аленой дрались из-за этой игрушки! Я хотел на ней возить рыцаря, а систер — куклу-принцессу.

Достав из кармана пиджака сотовый, звоню Жоре.

— Греби сюда, бро, — даже не прошу, приказываю. И все поверить не могу в случайную встречу. Так и хочется спросить словоохотливого деда — кто вас подослал?

Но еле сдерживаюсь. И слава богу! А то обидел бы человека.

Заказав мясной нарезки и водочки, мы садимся в другом зале.

Наш новый знакомец что-то радостно вспоминает. И даже лицо у него светлеет и разглаживается от морщинок. Так не сыграешь. Этот человек по-настоящему рад, что встретил сыновей своего давнего приятеля. Тем более, мы все на папаню похожи, одна Аленка — на маму.

— Заболтал я вас, — вздыхает Прокопьев, когда поток воспоминаний иссякает.

— Нет, нет, что вы! — в один голос выдыхаем мы с Жорой.

— Приятно познакомиться, — заявляю я. — И поговорить о родителях с кем-то, кто их знал, для нас большая редкость.

— И я душу отвел, — довольно признается старик и спрашивает осторожно: — А что привело вас в наш город, ребята?

Не знаю почему, но вываливаю все как на духу. Про гадского Спутника, про жену, как две капли воды похожую на тетку, и даже про напрасную встречу с трусом Федориным.

— Ну не скажите! Как это — напрасная? — хитренько улыбается Яков Александрович. — Если бы он вас не окликнул, я бы и внимания не обратил. А тут фамилия редкая. Да и ошибиться невозможно. Именно таким мне запомнился Алексей.

— Были рады встрече, — подводит черту Жора.

— Да погоди ты, — отмахивается старичок. — Постараюсь вам помочь. Но ничего не обещаю. Знаете оно как, — вздыхает он, вытягивая из наплечной сумки новенький Самсунг. — Сынок, — зовет кого-то в трубку и когда ему отвечают, просит: — Тут с людьми тебе надо переговорить, Юра.

— С какими людьми? — рявкает трубка.

— С хорошими, — пресекает дальнейшие расспросы Прокопьев. — Подойди. Не сочти за труд. Мы тут в «Золотой розе» сидим.

— Ну хорошо, — вздыхает мужик. — Я как раз мимо еду.

«Пробить бы инфу по этим Прокопьевым», — только успеваю подумать, когда в зал входит напоминающий шкаф широкоплечий мужик лет сорока пяти. Обычно такие служат в спецназе или в десанте по молодости. А потом занимают высокие должности в оперативных подразделениях.

— Знакомьтесь, мой сын, — гордо представляет нам амбала Прокопьев и поворачивается к нему. — Юра, у людей проблемы со Спутником…

— Что? Низко летает? — усмехается Прокопьев-младший. Присаживается за стол. И я замечаю, как мгновенно подтягивается официант, как напрягается метрдотель. А из своего кабинета уже спешит встревоженный хозяин.

— Юрий Яковлевич, рад тебя видеть. Может, в отдельный кабинет перейдете? А то тут могут побеспокоить… — предлагает он.

— Да, спасибо, — кивает Юра. И как только мы рассаживаемся в маленьком зальчике с кремовыми шторами, смотрит на Жору в упор. — Рассказывайте, что у вас произошло и как к этому причастен Ступников?

— Хмм, — перехватываю инициативу. — Он у меня жену украл и удерживает в своем замке.

— Эта девочка беременная? Ася? — переспрашивает меня строгий Прокопьев.

— Моя жена, — выдыхаю в отчаянии.

— А мы все гадаем, откуда она появилась. Наш человек докладывает, что нервы она Спутнику мотает знатно, — усмехается скупо Юра.

— Может, он ее выведет потихоньку? — добродушно предлагает Жора.

— Исключено, — мотает головой Юра и добавляет сокрушенно: — Я все понимаю. Но ей ничего не угрожает. Единственное, она так достает Спутника, что он сбегает из дома. А нам следи за ним, — усмехается устало.

Не спрашиваю, какой отдел проводит операцию. Бесполезно. Все равно никто ничего не скажет.

— Вот если она сбежит, — размышляет вслух Прокопьев. — Связь с ней есть?

— Так и не смогли установить, — расстроенно мотаю головой.

— Мой человек присмотрит за вашей женой. Защитит в критической ситуации, — кивает мне Юра и неожиданно протягивает визитку. — Но я думаю, до этого не дойдет. И еще вот что. Если вдруг удастся установить связь, я помогу. Но своим человеком жертвовать не имею права. Слишком долго внедряли. Девочка испугается и его выдаст. А там камеры под каждой ножкой стула. Очень рискованно.

— И на том спасибо, — пожимаю я руку Юре, а затем и Якову Александровичу. — Благодарим вас…

— Пойдем, пап, — помогает встать старику сын. — Я тебя подвезу.

Гляжу вслед высоченному мужику с военной выправкой и его отцу. И сердце давит от страха. Увижу ли я своего сына? Состарюсь ли рядом?

«Да на фиг!» — сжимаю кулак. Я не сдамся. Даже не надейтесь.

— Дело еще хуже, — хмуро смотрит на меня Джо. — Не дай бог, решат взять Спутника, когда в доме будет Ася. И как он ее представил прислуге и другим свидетелям. Могут и в сообщницы записать.

Вот только этого нам не хватало!

— Надо ее выкрасть как-нибудь, — устало тру лицо и сам себя подстегиваю снова и снова. Думай, Тимон. Думай!

На столе вибрирует сотовый. Подхватываю трубку. Внимательно слушаю Марка и улыбаюсь во все тридцать два.

— Что там? — угрюмо спрашивает Джо.

— Ася моя вышла на связь. Николь с ней переписывается, — смотрю на Джо, как дурковатый именинник, и прошу Марка: — Дайте мне ссылку на сайт, логин и пароль. Быстрее.

Глава 40

Глава 40

«Привет, Асенька. Я рядом», — внезапно приходит сообщение от Николь. Вроде поздоровались сразу, она обрадовалась. Меня о здоровье спрашивала. Давала советы. А Марк сразу позвонил Артему.

«Темочка? Ты?» — догадавшись, прикусываю губу. Машинально сажусь на кровати. Утираю слезы, градом бегущие по щекам. И улыбаюсь. Мы нашлись. Теперь все будет хорошо. Обязательно! Иначе просто быть не может!

«Я тут рядом, девочка моя. Недалеко от тебя. Все под контролем, малыш. Скоро встретимся. Как ты, Ась? Я волнуюсь ужасно».

«Забери меня скорее. Я уже не могу», — растираю по щекам слезы. Даже сдержаться не могу. Сил нет.

«Уже скоро, родненькая. Работа ведется. Но и от тебя потребуется кое-что! — тут же присылает сообщение муж и добавляет поспешно: — Этот канал надежный. Им и будем пока пользоваться. Надеюсь, Спутник не просечет».

«Его почти не бывает, — сообщаю я. — Я тут предоставлена сама себе. Но выйти не могу никуда за территорию».

«По поселку гуляешь?»

«Да, иногда выхожу с охраной. Одну меня никуда не отпускают. Ненавижу их всех!»

«Потерпи, милая. Потерпи. Еще пара дней, и мы обхитрим этого козла. Не хочу штурмом дом брать. Тебе волноваться нельзя».

«Я тут и так на нервах, Темочка», — рыдаю навзрыд. Если муж приехал за мной, то должен сразу забрать. Ни минуты не медля. А он…

С другой стороны, Артем прав. Обо мне думает и нашем ребенке. Словно подслушав мои мысли, малыш стукает меня пяткой.

«Как там наш сын?» — тут же приходит сообщение от мужа.

«Пинается, — улыбаюсь сквозь слезы. — Я люблю тебя, Тема! Очень люблю!» — печатаю, не подумав.

«Я тебя тоже люблю, Асенька. Все жалею, что не сказал тебе самого главное. Очень тебя люблю!»

«Вот мы придурки, мотали друг другу нервы, а Дима этим воспользовался, — печатаю я и тут же вспоминаю самое главное. — Тема, ему помогал твой Стас и еще один парень из наружки. Коля».

«Аська, ты просто золото мое! Что бы я без тебя делал? Стаса я вычислил. А вот второго гада никак не удавалось. Сейчас Марку позвоню. Мы их пока не трогаем. Дезу гоним».

«Ты у меня стратег, — всхлипываю громко. — Что нужно сделать, Тема?» — решительно вытираю слезы и сажусь на кровати.

«Говорят, ты там классные истерики закатываешь? Продолжай в том же духе и придумай повод, чтобы выбраться в город. Желательно в людное место. В больницу, например».

«Нет, больница не годится, — мотаю головой, будто Артем может меня увидеть. — Дима говорил, что в день приема в клинике оттуда уберут всех посетителей и лишний персонал. Поэтому лучше поехать в торговый центр. Скажу, что приданое для ребенка нужно».

«Ась, этот вариант отпадает. Он и из ТЦ всех повыгоняет. Где там я тебя искать буду».

«Тогда только на прогулке в поселке. Сними дом, Тема. Тут рядом сдаются. Я завтра постараюсь выйти и запомнить номера телефонов. Ты позвонишь хозяевам и договоришься».

«Отличный план, Асенька. Ты просто гений».

«Я много раз представляла, как ты выходишь из соседнего коттеджа и перебиваешь всю охрану Ступникова».

«Значит, пришла пора претворить твой план в жизнь».

«Все. Пока. Кто-то идет», — печатаю, заслышав шаги. И когда в дверь коротко стучат, быстро закрываю окно диалога. Вчитываюсь в статью какого-то акушера, напустив на себя умный вид.

— Асенька, можно? — раздается из-за двери голос Димы.

— Да, войдите, — окликаюсь, добавив в голос побольше стервозности.

— Я тут подумал, Асенька, — входит он стремительно и осекается, заметив мои зареванные глаза. — Ты плакала? Почему? Тебя кто-то обидел?

Да я петь и танцевать готова от радости. Муж вышел на связь. И с Николь удалось поговорить.

— Все плохо. Я скоро умру, — заявляю трагическим голосом.

— Не говори так, — вздыхает он и садится рядом на уголок кровати.