– Правда, что ли? – деревянным голосом спрашивает Урсула.

Она наклоняется вперед, вытягивая шею и пытаясь разобрать, что там написано, но страница слишком далеко. В отличие от остальных ведьм Урсула почти не пользуется гримуаром для приготовления снадобий и эликсиров, так как наделена собственным даром для подобных манипуляций.

Вдруг Айви побледнела:

– Но ведь… это же одно из запрещенных заклинаний.

– И для него требуется мощный талисман, – говорит Квини, и все головы поворачиваются к ней. – Я имею в виду уникальные магические артефакты – Книга Тота [83], например, или же Гальдбрук [84]. Это и есть тайная подоплека. Без артефакта невозможно добиться исполнения заклинания.

Квини полагала, что Руби расстроится, но ничего подобного.

‒Я знаю, где нам раздобыть по крайней мере один подходящий артефакт, – радостно сообщает она. Пролистав гримуар, она вытаскивает газетную вырезку и протягивает ее Айви. Пробежав ее глазами, та передает вырезку Квини.

В газете сообщалось, что через месяц в местный музей Ротшильдов привезут редкие артефакты Древнего Египта. Прилагалась и картинка – изогнутый, похожий на бумеранг жезл из кости гиппопотама с иероглифической резьбой.

– Хекканский жезл Исиды. – Квини аж присвистнула от удивления. – Эта штука точно подойдет.

– Коллекция будет находиться в городе всего неделю. Нам просто нужен план, как освободить этот жезл. – Энтузиазм Руби выплескивается, словно шампанское из бутылки.

– Ты имеешь в виду украсть его, – строго поправляет ее Урсула, выпрямившись как струна.

– Как ни назови, но в моем понимании это совершенно невинное преступление, от которого никто не пострадает, – говорит Руби, пожимая плечами. – Реликвии древней магии должны принадлежать потомкам и последователям этого волшебного искусства, а не каким-то там музеям, где работают полные профаны. – Урсула поджала губы, но Руби продолжает настаивать: – Эти артефакты наделены магической силой. Они должны применяться в деле, а не пылиться под стеклом.

– А как насчет жертвы? – тихо спрашивает Айви.

– Вот и я о том же подумала, – говорит Табита с болью в голосе. – Руби, мы, конечно, желаем тебе счастья, но жертва слишком велика.

– Что еще за жертва? – спрашивает Урсула, глядя то на Табиту, то на Айви, но обе женщины старательно отводят взгляд.

– Вот ты ей и объясни, – говорит Квини, глядя на Руби.

– Что мне такого надо объяснить? – не поняла Урсула. Руби покраснела и уставилась в пол. Поняв, что она не собирается рассказывать то, что знают остальные, Урсула повернулась к Квини: – Что мне надо объяснить? – настойчиво повторяет она.

Вздохнув, Квини ответила:

– Ведьма, прибегнувшая к такому заклинанию, должна за него заплатить, отказавшись от собственных магических способностей.

Гримуар поместья Муншайн

Гримуар поместья Муншайн

Заклинание для исполнения самого сокровенного желания вашего страждущего сердца

Ингредиенты:

1 галлон дождевой воды из Пуэрто-Рико

¹/₂ галлона мочи черного носорога

3 капли слюны золотистой лягушки Кучуматан [85]

1 капля яда скорпиона

10 слез, пролитых добродетельным человеком

3 унции пыльцы трупного цветка

1 цветок орхидеи Венерин башмачок

1000-каратный необработанный камень танзанит, добытый у подножия горы Килиманджаро во время полного лунного затмения

1 ресница правящего британского монарха

2 унции порошка плаценты, полученного при рождении семерых детей

1 мощный магический артефакт

*Секретный ингредиент

Утварь:

Большой котел с тяжелым дном

Ритуальный огонь

Большая деревянная мешалка

Чаша для зелья

Ковш

Способ приготовления:

В полночь, при свете полной луны соберитесь в лесу, разожгите ритуальный костер и поставьте в него котел. Добавьте один за другим все жидкие ингредиенты, включая слезы, слюну и яд.

Когда смесь закипит, добавьте один за другим остальные ингредиенты, постоянно помешивая смесь против часовой стрелки. Когда зелье, подобно полной луне, начнет светиться ртутно-серебристым светом, поместите в него магический артефакт, стараясь избегать брызг. С помощью волшебной палочки создайте секретный ингредиент и добавьте его в зелье.

Ковшом наберите 12 унций зелья и перелейте его в чашу. Поднесите чашу к лунному свету и произнесите заклинание: «Мута ин донум волутиссимум».

Выпейте зелье. Когда вы проглотите последнюю каплю, самое сокровенное желание вашего страждущего сердца будет исполнено. Это заклинание невозможно отменить, поэтому будьте осторожны в своих желаниях.

38

38

Тридцать три года назад. За месяц до ограбления

– То есть вы все знали, что в гримуаре есть такое заклинание, но ничего не сказали мне? – ахнула Урсула.

Сестры беспокойно заерзали на своих местах. Иезавель таращится на свой бокал, словно в хрустальный шар, содержащий ответы на все загадки жизни. Айви беспокойно теребит пальцами, а затем скидывает туфли и обводит мыском рисунок на ковре. Табита погружена в созерцание перышек Виджет, а Квини просто отстраненно закрыла глаза.

Когда она их открывает, то видит, что Урсула раздавлена. Не важно, как относится Квини к намерениям Руби, но с эмоциями Урсулы тоже нельзя не считаться.

– Как можно было оставлять в гримуаре такое опасное заклинание? – вопрошает Урсула, переводя взгляд с Квини на Айви.

– Бабушка Мирабель записала туда все заклинания без исключения, – поясняет Айви. – Гримуар – это ее наследие, она внесла в него все знания, переданные ей предыдущими поколениями, и не нам судить…

– Замолчи, Айви, – огрызается Урсула. – Не надо читать мне сейчас лекций. – В недоумении она поворачивается к Руби: – Ты что, и впрямь готова отказаться от своего дара? Перестать быть ведьмой! И ради чего? Чтобы все время оставаться женщиной?

Тут уж Руби не выдерживает и расправляет плечи:

– А я и есть женщина и всегда ею была. Речь о том, чтобы постоянно находиться в этом облике.

– Но ведь… – растерянно бормочет Урсула. – Это же просто абсурд.

– Это почему же? – возмущается Руби, упрямо вздернув подбородок. – Что тут непонятного?

Урсула всплескивает руками.

– Благодаря магической силе семьдесят процентов своего времени ты пребываешь в женском облике!

– Вот именно! – вспыхивает Руби. – А остальные тридцать процентов я болтаюсь не пойми где.

– Но ты же с легкостью принимала облик мужчины или других существ, что тут такого? Ты же ведьма. – Урсула вскакивает со своего места и обходит диван, словно ей надо как-то отгородиться от Руби. Упершись руками в спинку дивана, она говорит: – Тебе же нравилась эта игра.

– Да, но теперь все поменялось.

– Из-за Магнуса, разумеется, – с упреком говорит Урсула.

Так… – думает Квини. – Все карты выложены на стол. Никто не воспринимал Магнуса иначе как очередного знакомца Руби. Каждый раз, когда он появлялся в доме, Руби быстренько уводила его к себе в комнату, то ли стесняясь сестер, то ли просто оберегая его.

За Руби тянулся длинный шлейф неудачных знакомств, причем частенько она и сама подозревала, что связалась с очередным обманщиком. Зная, что опять может ошибиться, Руби старалась держать своих мужчин подальше от сестер, чтобы они не читали ей нотаций.

– Магнус тут вовсе ни при чем, – возмущается Руби. – Дело во мне, Урсула, потому что я стала другой. – И она прикладывает руку к сердцу. – Разве непонятно, что, став старше, я давно разобралась к себе? Если раньше какие-то вещи меня забавляли, теперь мне это не нравится. И если можно все изменить, почему я должна от этого отказы– ваться?

– Но ты и так почти всегда находишься в облике женщины, – повторяет Урсула, уже исчерпав все аргументы.

– Нет, ты не понимаешь, – в отчаянье говорит Руби. – Я хочу знать, что уж коль я женщина, то не превращусь в кого-то другого из-за болезни, стресса или просто потому, что моя магия ослабела.

– Но как можно ради этого отказываться от своих волшебных способностей?

– Не велика потеря, – пожала плечами Руби.

От таких заявлений у Урсулы челюсть отвисла.

– Да как ты можешь говорить такое? Руби, мы же ведьмы, без нашего дара мы никто.

– Может, это вы никто без вашего дара. Это вы, а не я, считаете себя ведьмами. А я расходую свои возможности на метаморфозы да на то, чтобы удержать свой облик. Вся моя магия уходит только на это, и ни на что другое у меня не остается сил.

– Но это же неправда! – Урсула поворачивается к остальным сестрам, ища у них поддержки. – Скажите ей, что это не так.

– Ладно, тогда вспомните, когда в последний раз я наколдовала хоть что-то? – вопрошает Руби. – Разве я использовала свои чары на что-то, не связанное с сохранением своего облика?

Урсула открыла было рот, намереваясь привести массу примеров, но ничего не смогла из себя выдавить.

Видя, как мучается Урсула, Квини стала и сама перебирать в уме самые обыденные магические действия, к которым все они прибегали ежедневно – зажечь огонь, например, или открыть окно, или отправить по воздуху блюдо с фруктами или хлебом во время трапезы, или достать книгу с последней полки, вытереть пролитое молоко или починить вазу, поддавшуюся гравитации.

На ум сразу приходит бесконечное количество магических действий Иезавель, отвары Айви, колдовство Табиты или заговоры Урсулы. И хотя Квини меньше всех полагалась на колдовство, только за последний час в своей лаборатории ей пришлось не раз повелевать инструментами и чертежами, затягивать эластичные ремни под корпусом Дергауса, а потом прибираться после работы – и все это с помощью магии.