Мы начинаем смеяться в унисон. Ему легко понравиться, это точно.

– Вы, без сомнения, заметите, что испанцы несколько шумноваты, потому что мы – народ страстный. Это особенно заметно, когда мы смотрим «футболь» – вы, конечно, говорите «футбол». Мы начинаем свой день немного позже, чем большинство европейцев, поздно едим и еще позже ложимся спать.

Я замечаю, что мне машет вышедший из зала для завтраков Рик, но он к нам не подходит, и я вижу у него под мышкой папку.

– С нетерпением жду возможности увидеть шеф-повара Рика Оливера в деле. Я прочитал вашу статью в журнале «Высококлассная кухня» о его новом ресторане и его партнерстве с Кэти Кларксон. Я видел ее на концерте в Лондоне, в O2 [20], пару лет назад. Великолепное выступление.

Я впечатлена. Несмотря на непринужденный вид, дома он поработал. Мигель на высоте. Я никогда не видела, как Кэти выступает вживую или даже по телевизору, хотя часто слышу ее песни по радио и посмотрела несколько ее клипов.

– Это потрясающий ресторан, и еда потрясающая. Их успех – заслуга всей команды, – с энтузиазмом отвечаю я.

Белая кошка с бледно-зелеными глазами появляется из-за одной из колонн и начинает мяукать, но, когда мы подходим, убегает прочь.

– Здесь живут семь или восемь кошек. Некоторые немного робки, но есть черно-белая кошка, которая очень дружелюбна.

Я включаю запись на телефоне и подхожу немного ближе к Мигелю. Не хочу ничего пропустить. Я уверена, что мои читатели будут очарованы всеми этими мелкими деталями, поскольку отчасти именно они делают обстановку такой притягательной.

– Есть три патио [21], как их называют, которые составляют монастырь. Claustro del Noviciado [22] пятнадцатого века – клуатр [23], используемый монахами-послушниками, – находится у входа в монастырь. Уверен, вы обратили внимание на прекрасные фрески на сводчатом потолке входа, который примыкает к автостоянке. Это Patio Reglar [24], который датируется шестнадцатым веком. С трех сторон он имеет портик и круглые арки, которые поддерживаются кирпичными пилястрами.

Прогуливаясь по побеленным дорожкам, я уже начинаю замечать то, что пропустила вчера, и мне хочется впитать все в себя.

– Наконец, – указывает Мигель, когда мы проходим в следующий внутренний двор, – есть еще третий клуатр с открытой верхней галереей. Он относится к восемнадцатому веку и ведет к садам и огородам.

– Ах да. Моя комната здесь, наверху, – замечаю я, выключая запись. – Если мы вернемся внутрь, я закажу нам кофе, и мы сможем немного посидеть на диванах в дальнем конце ресторана и поговорить.

– Было бы здорово. Давайте вернемся.

– Интересно, из чего сделан этот пол? Мне нравится узор в елочку и приглушенные цвета.

– Это глинобитные кирпичи, сделанные в старинном стиле. И обратите внимание на гравийные дорожки и зоны вокруг садов, автомобильной парковки и бара на открытом воздухе. Это сделано специально, так как в течение дня жара усиливается, а эти участки легко окатить водой из шланга, материал помогает удерживать влагу. Это может снизить температуру на два-три градуса, чтобы было приятнее находиться на свежем воздухе. Особенно вечерами, вот почему мы едим так поздно.

– Я об этом не задумывалась. Но какое простое и разумное решение! Могу я спросить о коротких цепях, которые висят над деревянными воротами, а также о цепи поменьше на стене рядом с баром?

– Если монах видел символические цепи, он знал, что может получить здесь убежище и защиту, которые в свое время были дарованы королем. В прежние времена путешественники, входя в монастырь, преподносили настоятелю цепи. Fleur-de-lis [25] – тоже популярный символ, он олицетворяет Святую Троицу.

– Зачем монахи путешествовали из монастыря в монастырь? Я думала, что если они уходили в монастырь, то уже на всю жизнь.

– Монахи часто путешествовали в рамках своего проповедничества, и это включало в себя поездки за границы монастыря. Некоторые так и не возвращались, многие гибли, борясь за свои убеждения. Другие в конце концов возвращались в то место, которое считали своим домом. Но, к сожалению, войны и короли привели к тому, что многие монастыри были разграблены, уничтожены пожарами. Или просто их земли оказались захвачены. Я не историк, поэтому мои знания отрывочны, но то, как построено это место, показывает, насколько важно было здешним обитателям защититься от незваных гостей.

– Думаю, вы заслужили свой кофе, – отвечаю я, благодарная Мигелю за то, что он поделился со мной знаниями. Это именно то, на что я надеялась, и даже больше.

10. Действующие лица и команда прибыли

10. Действующие лица и команда прибыли

Когда я выхожу на улицу, меня охватывает волнение. Если не считать того, что я мимолетно видела Рика этим утром, наши пути сегодня не пересекались. Я провела бо́льшую часть утра с Мигелем и вторую половину дня просидела в своей комнате, печатая кое-какие заметки.

Я чувствую себя немного неловко, так как, похоже, я пришла одной из последних, а народ уже сбился в небольшие группки и общается. Судя по разговору, слева от меня явно стоят испанцы, и я предполагаю, что они – члены съемочной группы. Я оглядываюсь по сторонам, но Рика не вижу, поэтому направляюсь прямиком в бар, чтобы убить немного времени. Мне неловко бесцельно стоять в одиночестве.

В баре обслуживают два человека, но есть также три подноса с напитками, готовые и ожидающие своего часа, и я жестом спрашиваю, можно ли взять бокал. Первое слово – si – мне понятно, но остальная часть от меня ускользает. Взяв бокал вина темно-рубинового цвета, я киваю головой и благодарно улыбаюсь. Поворачиваюсь, чтобы уйти, и вижу Рика. Он стоит и смотрит на меня, и я действительно рада его видеть.

– Гренаш [26] «Эводия Олд Вайн», отличный выбор. Фруктовое, нежное и хорошо сочетается как с белым, так и с красным мясом.

Я уступаю ему место, чтобы он взял с подноса бокал.

– Откуда ты это знаешь?

Он предлагает нам пройти в тихое местечко перед одной из двух пальм.

– Знать это – моя работа. Я осмотрел здешний винный погреб и ознакомился с местными винами. У меня был продуктивный день.

– Ну конечно. – Я мысленно пинаю себя за то, что задала такой глупый вопрос. Рику осталось тридцать шесть часов до того, как он будет готовить свой первый обед из трех блюд и не оставит на волю случая ни единой мелочи. – Ты уже ведешь обратный отсчет. Все здесь?

– Да. Перед «шведским столом» мы для начала проведем общее знакомство. Какие у тебя сложились отношения с Мигелем?

– Отличные. Я оставила ему список вопросов и уверена, что получу более или менее все, что мне нужно, чтобы отдать должное этому удивительному месту. Теперь мне просто нужны фотографии, которые будут соответствовать моим описаниям.

Кто-то поднимает руку, чтобы привлечь внимание Рика и подозвать людей. Всего нас около двадцати.

Пока мы идем, Рик подается ко мне.

– Это владелец Виктор Корберо и его жена Изабель. Мужчина рядом с ними – из Tauro Recreativas S. L. Он продюсер шоу, а рядом с ним стоит директор по производству Хавьер Торрес.

Рядом с нами появляется Мигель. Он приветливо наклоняет голову, и я киваю в ответ.

После короткой приветственной речи Виктора, которая совершенно не укладывается у меня в голове, поскольку она на испанском, Мигель начинает переводить, в то время как Рика просят представиться. Затем Рик вызывает каждого из участников, а Мигель читает с распечатанного листа короткую биографию. Внезапно Рик указывает на меня, и Мигель продолжает читать. Как только он упоминает журнал «Высококлассная кухня», все головы поворачиваются в мою сторону. Когда он заканчивает, становится ясно, что представления окончены, и раздаются громкие аплодисменты. Не знаю, то ли потому, что все рады здесь оказаться, то ли потому, что официанты сейчас накрывают фуршетный стол, воцаряется праздничная атмосфера.

Рик приглашает конкурсантов подойти и пожать друг другу руки. Большинство из них хотя бы немного говорят по-английски. Мигель свободно владеет несколькими языками и умудряется поддерживать беседу, бросаясь на помощь по мере необходимости.

Пока Виктор говорил, я изучала нашу маленькую группу. Индия Серрано, испанская конкурсантка, поразительно хорошенькая, с длинными, черными как смоль волосами. Эрик Бэр родом из Германии, но, судя по тому, что я уже слышала, его английский превосходен. Бен Эндрюс живет в Суррее, и он кажется очень приветливым. Еще – француз Луи Рено, тихий человек, но хороший слушатель, всегда готовый улыбнуться. Я думаю, он будет популярен в группе. Мирра Чегани – итальянка, и она разговаривает в равной мере при помощи слов и рук. Алексис Ди Анджелис похож на греческого бога: высокий, темноглазый и очаровательный. Джоана Баррадаш – участница из Португалии, и судя по ее жестам и мимике, она сильно нервничает. Я очень надеюсь, что как только все начнется, она сумеет расслабиться.

Стараясь не усложнять задачу, я благодарю участников за информацию, которую они представили для включения в журнал, и желаю им удачи в конкурсе.

Рик хочет, чтобы мы двигались дальше, поскольку нам предстоят новые знакомства.

– Хавьер, это Элейн Саммерс из журнала «Высококлассная кухня».