Он сидел у себя, Юля за своим столом, больше никого в отделе не было. Повернулась, ответила на мое «привет» и снова уткнулась в ноут. Я зашел в «аквариум», сел к столу, рассказывал о командировке, об отпуске, а сам все косился через стекло.

Выглядела она намного лучше и уже не напоминала больную лисицу. Округлилась, живот стал хорошо заметен. Поправила волосы — кольца на пальце не было.

Хотя это ничего и не значит.

Да какое мне дело-то?

— А где твоя новенькая?

— Обедать отправил.

Не успел Макс ответить, как открылась дверь и вошла девушка в джинсах и свитере. Невысокая, худенькая, волосы мышиного цвета собраны в хвост. Совершенно никакая, не за что зацепиться глазом. Но от Фокина вдруг потянуло хорошо знакомым мне идиотизмом. Знакомым по себе. Видимо, больные одной и той же болезнью чуют друг друга по запаху.

Серьезно?!

— Она? — уточнил я на всякий случай. — Откуда ты ее выкопал?

— Это та самая. Ну которая… я тебе говорил.

— Коза на джипе? — фыркнул я. — Чего, правда? Ты рехнулся, Макс?

— Наверно, — он вздохнул обреченно. — Девки меня заели, я полез на хедхантерский сайт и напоролся на ее резюме. Встретился с ней, поговорил… и вот…

— Трында тебе, Фокин, — смех так и лез изо всех щелей. — Добро пожаловать в ад, бро. Вот и ответочка прилетела. Догоняешь, за что?

Не найдя выхода, смех вылился в желание схулиганить. Свернув разговор, я вышел, взял стул, подсел к этой девчонке и начал плести какую-то ахинею. Вроде, даже куда-то пригласил ее, чтобы получше познакомиться. Вблизи она оказалась вполне так миленькой, но все равно не в моем вкусе. Хотя я ей тоже не глянулся: в глазах жирным капсом мигало «НЕТ!!!»

А вот что было в глазах у Юли… Прикрыв рот рукой, она посмеивалась, но под этим бушевал идеальный шторм. Я не сомневался, что ей хочется порвать меня в мелкий лоскут. И эту самую Нину тоже.

Даже так?

Нет, это меня ни капли не обрадовало. Наоборот, взбесило.

Дорогая, полгода назад я был весь твой, со всеми потрохами. Но тогда такой гнусный бабник тебя не устраивал. А теперь… знаешь что? Ешь сено.

Макс ухватил меня за ворот и выволок в коридор, требуя отцепиться от девушки, потому что та замужем. Едва дверь за нами закрылась, я оторвал его от себя.

— Уймись, псих, — попросил, расправляя воротник. — Не нужна она мне. А вот тебе точно не завидую.

Вечером я пошел в тренажерку. Сидя с закрытыми глазами, качал на «бабочке» дельты, когда вдруг услышал за спиной:

— Юра!

Глава 29

Глава 29

Юля

Макс, наверно, думал, что мы пошутили. По его словам выходило, будто он давал какие-то объявления и лазал по хедхантерским сайтам, поговорил с тремя подходящими кандидатами, но они его не устроили.

— Фокин, сегодня первое августа, — Кристина демонстративно захлопнула ноут ровно в пять часов. — Мы тебя предупредили? Претензии не принимаются. Впахивай сам.

— Крис, ты вообще-то эйчар и могла бы тоже… — рыпнулся было он, но неудачно.

— Вот именно что эйчар. Когда меня сделают директором по персоналу с соответствующей зарплатой, тогда и буду пластаться. А пока я чисто технический работник. Раньше это называлось инспектор по кадрам. Написать приказ и заполнить трудовую.

Кристина вышла, вколачивая каблуки в пол. Макс посмотрел на меня.

— И не смотри, — замотала головой я. — Хватит того, что ты от меня скрыл серую схему и проверки, больше развести не получится.

Прошла неделя. В доплате нам отказали: мол, ищите сотрудника. Кристина стояла, как скала. Я после долгих уговоров согласилась взять на себя загрузку в форму номерков самозаписи. И больше ничего.

— Только учти, Макс, долго ты на этом не прокатишь. Я в октябре в декрет ухожу. Время идет быстро. Лучше ищи человека.

Время действительно летело. Только что была в консультации — и вот уже снова надо тащить банку с анализом и идти на осмотр. На пятом месяце токсикоз наконец прошел, осталась только изжога, практически от всего, кроме молочных каш и супчиков, которые я ненавидела, но пришлось полюбить. Антонина при этом уверяла, что все у меня замечательно. Что говорила участковая дура, я просто не слушала.

А еще наконец рассказала о беременности Лийке и Свете. Лия была в ужасе, крыла матом Влада и кидала мне ссылки на статьи о судебном установлении отцовства. Света отругала за то, что так долго молчала.

— Отшлепать бы тебя, Юлька, да нельзя. Уж кто-кто, а я бы точно поддержала.

Света и правда поняла бы. Она сама родила в двадцать лет, ее парень тоже слился, едва узнав о беременности. Потом она вышла замуж за другого, но Олег умер, когда Филька еще учился в школе. Я и сама не знала, почему молчала так долго. Может, было стыдно, а может, просто мне нужно было принять ситуацию самой, без чьей-либо помощи.

Да, я не хотела этого ребенка, и смириться с тем, что он уже есть, было непросто. А потом он мне приснился. Я держала на руках светловолосого мальчика и называла его Тёмой. Проснулась в слезах, и с того дня все начало меняться. Я разговаривала с ним и была уверена, что это мальчик, хотя на узи он категорически отказывался демонстрировать признаки пола. А еще я перестала думать, что это ребенок Влада. Нет, после того как я дала ему шанс и он им не воспользовался, ребенок был только моим. Как будто от донора спермы.

Через неделю нашей итальянской забастовки Макс пришел утром каким-то непохожим на себя. Сидел в “аквариуме” и о чем-то думал, глядя сквозь пространство.

— Значит, так и не помирился с Заечкой, — хмыкнула Кристина.

— Значит, она снова придет мириться сюда, — вздохнула я.

Но к вечеру Макс вышел и сел на край свободного стола.

— Девочки, у меня три кандидатуры. С двумя я уже поговорил, с третьей встречусь завтра утром. Но кого-то точно выберу.

— Ну дай-то бог, — с сомнением отозвалась Кристина. — Ты что-то такое еще в июле говорил.

— Нет, на этот раз точно.

На следующий день он пришел только к обеду, совершенно прибабахнутый.

— Ну? — не выдержала Кристина. — Что там?

— Я девочке предложил, она подумает.

— Да блин! — возмутилась я. — Мы уж обрадовались, что все на мази, а девочка тут еще думать будет. А если не надумает?

— Ну тогда возьму кого-то из остальных. Те точно хотят.

— Макс, ты нас пугаешь, — Кристина наклонила голову набок, как овчарка. — Что за девочка?

— Нашел на «Хедхантере». Увидел резюме, подумал, что фамилия знакомая.

— То есть ты ее знаешь?

— Ну так, немного. Сегодня вот поговорил еще. Вроде как годится.

— Ну ладно, посмотрим, — мы с Кристиной переглянулись.

— Как-то все это странно, — сказала она, когда Макс ушел к себе и закрыл дверь.

— И Макс странный, — кивнула я. — Прямо не терпится посмотреть, что там за девочка такая.

— Мне заранее не нравится. Хотя… хуже Чебыша все равно быть уже не может.

— Ну не скажи, Крис. Нет предела совершенству.

Девочка по имени Нина появилась на следующий день. Примерно моего возраста, среднего роста, средней комплекции. Черная юбка ниже колена, белая блузка, русые волосы собраны в пучок. Симпатичная, но показалось мне в ней что-то… неотмирное. Как будто здесь только ее материальная оболочка, а сама где-то далеко-далеко. А еще показалось, что Макс поглядывает на нее не без интереса. Особого интереса.

— Училка, — хмыкнула Кристина, когда Нина, взяв с собой рабочий ноут, отправилась домой разбираться с фронтом работ, а Макс пошел ее проводить.

— А мне понравилась, — возразила я. — Она милая. Училка — это я. Бывшая. А она журналюга.

— Она такая же журналюга, как ты училка. У журналюг должны быть зубы и яйца, независимо от пола. Но знаешь что? Если бы Доброва не убила свой тотализатор, я бы поставила на то, что Нина эта уведет Фокина у Зойки. Ой, прости, Юль, не хотела напоминать.

— Да ничего, — поморщилась я. — Может, ты и права. Я тоже подумала, что Макс на нее как-то томно посматривает. Прикольно, значит, это та самая, которая ему машину ободрала зимой? Подожди, он же говорил, что оперировал ее в июне? После аварии?

— Да? — выпятила губу Кристина. — Не помню. Ладно, неважно. Посмотрим. Она хотя бы не наглая. Если там, конечно, не полный омут чертей. Бабы на джипах — это вам не жук насрал.

***

Разумеется, хитрожопый Макс всей правды Нине не сказал — как и мне когда-то. И хотя к липовой документации и проверкам она не имела никакого отношения, достаточно было и того, что работать ей предстояло если не за десятерых, то за пятерых точно. В том смысле, что работы хватило бы на пятерых. За одну, и не самую большую, зарплату.

Обнаружив это уже в первый рабочий день, Нина была в шоке и даже нафыркала на Макса, который, помирившись с Заечкой, заявился на работу с красивым засосом на шее.

— Юлька, зуб даю, у них у обоих искрит, — заметила Кристина, когда мы остались в отделе одни. — И психанула она вовсе не из-за того, что сайт кривой, а из-за Зойкиной синей метки. Мы точно чего-то не знаем.

— А оно тебе надо? — огрызнулась я: Тёма с утра возился, как заведенный, и изжога плескалась в носу.

— Нет, но…

Договорить она не успела: зазвонил телефон. По ходу разговора ее лицо вытягивалось все сильнее.

— Блин… — вздохнула Кристина, закончив. — Имей в виду, Юля, дети — это миллион проблем. Валька сейчас в нашем дневном стационаре, процедуры всякие после бронхита. Позвонили, говорят, рвота, температура. Вызвали скорую.

Это, кстати, тоже было одной из моих страшилок. Хорошо, если все будет хорошо. А если нет? Если ребенок начнет без конца болеть, я вообще справлюсь одна?