Прикрепив к публикации фото со свежим идеально проработанным образом, выстукиваю пальцами по экрану, набивая подпись.

«Пока все девчонки мечтают о принцах, принцы мечтают обо мне».

Отправляю и, покусывая губы, нервно наблюдаю за тем, как растут просмотры поста. У защитного стекла приват-фильтр. Перемещающаяся по треугольнику плита-стол-холодильник мама видеть, чем конкретно я занимаюсь, не может.

Но командовать это ей, конечно же, не мешает.

— Отложи телефон, — велит, приземляя передо мной тарелку с горячим супом.

Я не реагирую. Просто не могу. Жду. Нет, не так. Уже буквально молюсь Богу, чтобы тот направил своего раба на путь истинный, то бишь открыть мой блог и что-либо там написать. Даже если колкость — пусть. Я ведь не зря провоцировала! Сама предоставила отличное поле для нравоучений. Только бы он свернул игнор! Сколько можно? Я уже не выдерживаю! Но так, наверное, нельзя. Дедушка говорит, Господь злому и навязчивому не внимает. Просить надо о мире в сердце и разуме, а не о чужой воле. Что ж… Я, уже очевидно, ужасный человек. Даже с Настей из-за своего проклятого самолюбия разругалась. Не могу я. НЕ.МО.ГУ!!! И так плохо, больно, страшно… Все на свете! Весь диапазон чувств использую! А она еще докладывает Нечаеву! Пусть без злого умысла, я все равно воспринимаю это как предательство. К тому же… Я не всегда способна держать фасон. Она ненароком может заметить проскользнувшую эмоцию, передать… О Боги, мне так тяжело! Но иначе никак.

— Агния, — растягивает мама негодующе. Стол накрыт. Пока я грызу ногти, она, папа и Юния уже машут ложками. — Стынет, — заявляет, поймав мой расфокусированный взгляд. — Отложи телефон. Сейчас же. Иначе конфискую до вечера.

Я не спорю, хоть язык так и чешется. Куда еще? На меня и без того миллион ограничений наложено! Скоро дышать запретят!

С демонстративным раздражением переворачиваю мобильник экраном вниз и откладываю на край стола. Беру в руки ложку и опускаю ее в суп — куриный с клецками. Мама тут же подсовывает кусок хлеба, который я стараюсь не употреблять, еще и щедро намазанный домашней консервированной закуской.

— Что это?

— «Огонек».

— С чесноком? Я не ем чеснок.

— Он совсем не чувствуется. А для иммунитета нужно, — утверждает мама. — Возьми. И сало сверху положи.

— Какое сало, мам? Сколько говорить, я слежу за питанием! Суп и так с клецками, а ты меня еще насыщенными жирами травить вздумала!

— Не драматизируй. Тонкий ломтик тебе никак не повредит.

— Но и пользы не принесет, — стою на своем, решительно отказываясь и от хлеба, и от сала.