Светлый фон

Это полный треш, но я так расстраиваюсь, что готова орать.

Почему??? Почему я ему безразлична???

Кто меня так наказывает?

Святослав Усманов: Я на вокзале. У выхода в город. Дай знать, когда будешь.

Святослав Усманов:

Я даже встрече с любовью всей своей жизни порадоваться не могу. Меня Свят ждет! Свят! А я как-то вскользь это отмечаю и дальше киплю.

«Все из-за Егорыныча!» — рычу мысленно, кусая от злости язык, пока шагаю через толпу к выходу.

Как же я его ненавижу!!!

Ка-а-ак…

Внутренняя бомбежка прекращается, едва я сталкиваюсь с выросшим передо мной Нечаевым. Он как скала. Лицо не сразу вижу. Лихорадочно моргая, таращусь на узор темно-серого шерстяного свитера у него на груди. Но знаю ведь, что это он. Чувствую. Безошибочно.

Вскидываю взгляд ради зреющей за ребрами радости. Убеждаюсь старательно: подбородок, губы, нос, глаза, брови, растрепанная челка… Все беру в фокус. И ту самую радость, которая стремительно уходит в сумасшедшую истерию, взрывает, словно баллон с газом.

— Ты что вытворяешь? — хлестко прорезает пространство раскаленный до предела голос Нечаева.

Эпизод тридцать четвертый: Эффект Немезиды

Эпизод тридцать четвертый: Эффект Немезиды

Эпизод тридцать четвертый: Эффект Немезиды

 

Все забываю, что Немезида не просто прокачанный игрок в этой чертовой экосистеме, а чей-то боевой проект. Навыков и оружия — целый арсенал. И палить в меня — уже привычка.

Только начинает казаться, что нарастил броню против выстрелов с ее стороны. Против вида, взглядов, фраз — всех залпов по нервам. И вдруг она в неясном порыве влетает в меня физически.

Прижимается и обнимает. С неуемным рвением бьется в грудь.

Есть опыт, какая-то своя история, история общая… Но такого еще не чувствовал.