– Черт. Кажется, тест придется пропустить.

– Поезжай домой, – сказал Станислав повелительным тоном.

– И без тебя знаю. – Спускаясь, Ник толкнул Стаса плечом, а затем наши глаза встретились. – Вечером поговорим.

Трудно сказать, отчего больше я почувствовала облегчение: оттого, что мы еще сможем обсудить произошедшее, или же от чувства миновавшей угрозы.

– Не знала, что у вампиров меняются глаза.

– Ты ничего о нас не знаешь.

– Если избегать меня и не давать объяснений, то и не узнаю.

Станислав развернулся ко мне и тяжело вздохнул:

– А оно тебе надо?

Вопрос поставил меня в тупик. Я нахмурилась и закачала головой, разгоняя суетливый хоровод мыслей. С каких пор все стало таким сложным? Мы должны быть простыми выпускниками: думать об экзаменах, веселиться на дискотеках, пытаться нащупать свой путь по жизни, а не раскрывать тайны мироздания и узнавать о существовании мифических существ.

– Если ты так считаешь, то зачем подослал сестру?

– Да потому что твой отец попросил. – В его голосе слышались раздражение и искренняя усталость. – Я знал, что ты не оставишь меня в покое. Будешь разнюхивать, задавать неудобные вопросы. Но, Ася, тебе ни к чему на них ответы. Живи своей обычной жизнью и забудь о том, что произошло. Скажи спасибо, в конце концов, и разойдемся.

Я опешила от страстного монолога и только и смогла, что пробормотать:

– Спасибо.

Мы продолжали стоять на пустом лестничном пролете. Школа опустела, пока большинство учеников находились в столовой. Станислав внимательно рассматривал мое лицо, кусая губы. Он хотел сказать что-то еще, но одернул себя. Я продолжала стоять на ступень ниже его, и из-за этого разница в росте была еще ощутимее. Как Атлант, он возвышался надо мной, заставляя чувствовать себя маленькой и хрупкой.

– Правда, спасибо. И за вчера, и за сегодня.

Только сейчас я заметила, как красивы и теплы его глаза. Как безупречна и чиста белая, словно мрамор, кожа. Неестественно гладкая, без малейшего изъяна или родимого пятна, она притягивала взгляд. К ней хотелось прикоснуться. Проверить, так ли безупречна эта гладь наяву или же все это лишь идеальная маска, таящая внутри стальную крепость.

– Но вынюхивать ты все равно продолжишь, – уверенным тоном сказал он, скорее констатируя факт.

– Я просто не смогу иначе. Это коснулось меня. Или ты думаешь, на мне никак не отразилось похищение? Это меня похитили двое вампиров. Я чуть не стала чьим-то ужином. – Я тяжело вздохнула и развела руками. – Конечно, я теперь пытаюсь понять!

Он запустил руку в медные волосы и бросил прежде, чем удалиться:

– Уж лучше бы ты просто все забыла.

* * *

Ко мне за парту на уроке подсела Татьяна, и я удивилась. Никогда еще ранее никто не садился со мной на физике, а уж если соизволила Ростова – жди беды. Первую половину урока Таня была на удивление молчалива, отчего напряжение за столом росло. Я пыталась вслушиваться в слова учителя, но смысл ускользал, как я ни старалась сосредоточиться. В мыслях витали догадки, а взгляд невольно скользил к пустому стулу, где должен был сидеть Никита. Оставалось только надеяться, что с ним все в порядке. Странно, но мои чувства менялись, стоило ему пропасть из поля зрения. Внутри меня крепла лишь дружеская привязанность, когда Ника не было рядом, но стоило Каримову прикоснуться, как в висках слышалось биение пульса, точно сердце отправлялось вскачь, желая продлить сладостное мгновение. Ничего подобного я не ощущала, думая о нем в классе. Даже прокручивая в голове наш первый поцелуй, я не ощущала его в памяти как особенный и желанный. Кто-то внутри меня мастерски дергал за переключатель, сменяя одни чувства на другие, более мрачные. Все хорошее меркло под гнетом страха, который я ощутила, смотря в алые глаза. Неужели это и есть истинная суть вампира?

Сила, с которой Никита ударил по перилам, ужасала. Что, если однажды ему под руку подвернусь я? Даже несмотря на то, что Ник всегда был обходителен и добр, предположение вызывало у меня страх. От неприятного ощущения на мгновение мне показалось, что даже в кабинете стало значительно прохладнее, и я натянула рукава кофты, насколько позволяла ткань. Когда это не помогло, я прижала пальцы к губам и попробовала отогреть кончики теплым дыханием.

– Замерзла? – спросила Татьяна, впервые заговорив за урок.

Я кивнула и продолжила смотреть на учителя, который держал одной рукой раскрытый учебник, а другой выписывал на доске мелом условия задачи.

– Знаешь, это не очень честно с твоей стороны, крутить шашни сразу с двумя крутыми парнями из школы.

На мгновение я потеряла дар речи, не понимая, откуда взялись такие подозрения.

– Ты о чем? Я встречаюсь только с Никитой. – Я украдкой посмотрела на Ростову и заметила, как она закатила глаза.

– Да ладно, не придуривайся. К Стасу ты тоже неровно дышишь и даешь парню ложные надежды.

– И в чем, по-твоему, они проявляются?

– Как в чем? Что это вообще сейчас было в столовой? Ты со Смирновым откровенно заигрывала.

– И в мыслях не было. Я лишь поддержала твое предложение.

– Интересная поддержка, – сквозь зубы процедила Таня, – взяла и пригласила его на медляк.

– Я не приглашала его на медляк, – возмутилась я. – Танцевальный номер мог включить всех нас.

Не хватало еще нажить себе врага в виде школьной королевы. Такие, как Ростова, легкой рукой способны натравить половину школы на того, кто не угоден. Не зная, как развеять мысли Татьяны, я принялась врать. А что мне еще оставалось? Не могла же я рассказать Ростовой свои истинные мотивы. Что будет, если все в городе узнают о существовании вампиров? В лучшем случае это вскоре бы стало аттракционом, на который быстро бы начали заманивать туристов. А в худшем… Раскрывать чужой секрет главной сплетнице школы мне не хотелось, да и подругами мы никогда не были, чтобы делиться сокровенным. Если бы не восприняла всерьез, то высмеяла.

Меня раздражало, как Ростова лезла не в свое дело, и хотелось дать отпор. Вот только времени на обдумывание, как сделать это достойно, не было, а значит, приходилось импровизировать.

– Я думала, ты поддержишь идею с танцевальным номером и поможешь организовать, придумаешь хореографию. У тебя отлично получается собирать людей вокруг себя.

Татьяна с недоверием смотрела на меня, однако легкая улыбка прослеживалась на губах Ростовой. Слова ей польстили.

– Значит, – медленно начала она, – никаких видов на Стаса?

Я демонстративно подняла левую руку раскрытой ладонью вверх, а указательным пальцем правой прочертила на груди невидимый крест, подражая на манер клятв из фильмов о подростках.

– Клянусь на сердце.

Ростова довольно ухмыльнулась, и стоило ей повернуться к доске, как глаза одноклассницы округлились. Она шустро ткнула меня локтем в бок, и я тоже обернулась. Учитель стоял у доски, скрестив руки на груди. Из-за спущенных на нос очков взгляд преподавателя в нашу сторону веял зловещим и не предвещал ничего хорошего.

– Анастасия Черная, – его басовитый голос разнесся по классу, как раскаты грома, – к доске.

* * *

Никита так и не появился на оставшихся уроках. Никто не поджидал меня на выходе из класса и не провожал до следующего. Я держалась Даши, с которой, к счастью, два последних урока у нас были совместными по расписанию. Мне нравилось узнавать ее. У нас было много общего: мы любили одних и тех же классиков английской и русской литературы, смотрели «Закрытую школу» и шоу о путешествиях. Как и я, Даша хотела когда-нибудь посмотреть мир. В ее списке желаний числились Япония и Арабские Эмираты. Я же всегда хотела попасть зимой на Байкал. Холод страшил меня, однако вера в то, что все решается правильно подобранной одеждой, ободряла. Я видела фотографии прозрачной и толстой корки льда с узором из василькового оттенка трещин по всей глади, уходящих вглубь, касающихся тьмы, отчего создавалось впечатление, что озеро промерзло насквозь. Я представляла, как стою посреди бескрайней гладкой поверхности, вдыхаю морозный воздух и наслаждаюсь безмятежным моментом, единением с естественной красотой природы. Одно это мгновение стоило длительного и дорогого перелета, разницы часовых поясов и трех слоев одежды. В конце последнего урока я показала Даше со смартфона фотографии Байкала из Интернета. Она смотрела на снимки с нескрываемым интересом и восхищением, отчего мне стало внутри уютно и тепло.

– Вау! Знаешь, я бы с радостью тоже на это посмотрела.

– Жаль, в этом году никак не получится.

– Да уж, – с грустью отозвалась Даша. – В следующем тоже вряд ли. Ехать за такой красотой нужно точно зимой, а кто знает, как пройдет первая сессия.

– Ты будешь поступать в Ксертоньский государственный?

– Попытаюсь, да. Думаю еще над факультетом, но, если честно, выбирать страшно. Придется подаваться сразу на несколько и молиться, чтобы получить хотя бы на одном бюджетное место. Все боюсь, что захочу на какой-нибудь один больше всего и расстроюсь, если получу место на другом. А ты куда после гимназии?

Я подхватила рюкзак и вместе с Дашей пошла на выход из класса.

– Не знаю. Все жду день открытых дверей в местном вузе, чтобы разобраться и посмотреть, что к чему. Не уверена даже пока, что останусь в Ксертони.

– Понимаю. Наверное, это трудно: начинать все с нуля на новом месте. Я бы так не смогла.