Я просыпаюсь в пять часов утра с легким похмельем и неприятным ощущением пустоты внутри. Холлис все еще спит рядом. Я напоминаю себе, что она не злится. У нас все хорошо. Я быстро целую ее и вылезаю из постели. По дороге домой я отправлю Мине сообщение. Она уже проснулась. Удивительная особенность Мины –  она, похоже, никогда не спит.

Она открывает дверь в старой синей университетской рубашке ее отца, протертой на локтях. Пуговицы застегнуты неправильно. Я иду за ней на кухню и останавливаюсь перед буфетом, разглядывая коробки с хлопьями, а она начинает шагать взад-вперед вдоль огромного мраморного острова. Дом Мины больше и красивее нашего, но такое ощущение, будто в нем никто не живет. Здесь так просторно, что по комнатам разносится гулкое эхо, и безумно чисто. В моем доме нет прихожей. Стоит открыть дверь, как сразу оказываешься посреди нашего барахла: кроссовок и рюкзаков, стопок почты, большой чаши для ключей. Открыв дверь Мины, сразу видишь две колонны из такого же темного дерева, как полы и перила, а над ними –  витражную панель. Когда я был маленьким, дом Мины казался мне слишком навороченным и населенным призраками.

– Какую книгу ты читала? –  спрашиваю я.

– Что?

– Сейчас у тебя такой же вид, как когда ты в процессе чтения самой напряженной части книги.

– Да? –  Она останавливается. –  Нет, я просто думаю.

Мина достает для меня пиалу и вытаскивает коробку с медово-ореховыми колечками, на которых я всегда в итоге останавливаю свой выбор.

– Спасибо.

Она садится и делает себе порцию таких же колечек.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хм?

– Ну после вчерашнего.

Она бросает на меня резкий взгляд.

– Что ты имеешь в виду?

– Твой… э-э-э… приступ паники. И то, что ты рассказала мне. Про Йель.

– А, точно.

– Ты хорошо спала? Все нормально?

– Да, конечно. Со мной все в полном порядке. –  Мина встает, оставив на столе нетронутый завтрак, и снова начинает мерить шагами кухню.

– Так, хватит! Поговори со мной. Как ты?