– Я поцеловала Куинна!

Моя рука с ложкой замирает у рта.

– Ты… что?

– Да, я его поцеловала. –  Мина снова начинает ходить вокруг кухонного стола. –  Как какая-то марсианка, у которой лишь самые элементарные представления о том, как ведут себя нормальные подростки. Все случилось так неожиданно, а потом я просто… я просто взяла и убежала домой! Как тебе?

– Эй-эй-эй! –  Я усаживаю ее на стул и наливаю стакан воды. Она прячет лицо в ладонях и издает протяжный страдальческий стон.

– Это наименьшая из наших проблем! –  говорю я.

– И то правда, спасибо за напоминание, –  не отнимая рук от лица, отвечает Мина. –  Я расплакалась на глазах у всех и испортила Холлис день рождения, а ведь все были так милы со мной! А потом Куинн. Он тоже был так добр ко мне, а я как будто сошла с ума и набросилась на него. С поцелуями! Теперь моя жизнь кончена! А ведь у меня даже не было настоящей жизни. Не знаю, как может закончиться жизнь, которой нет, но, видимо, такое случается, раз сейчас это происходит со мной!

– С чего ты взяла, что твоя жизнь кончена?

– Ты что, совсем меня не слушал? –  Она хлопает ладонями по столу.

– Попей водички.

– Не говори мне, что делать! –  огрызается Мина, но делает глоток.

– Кстати, Холлис не расстроилась. Не знаю почему, но она не сердится. А что до остальных, ты удивишься, но… на самом деле, им есть дело только до самих себя, особенно сейчас. В понедельник об этом уже никто и не вспомнит.

– Ты сам-то в это веришь?

– Да, я в этом глубоко уверен.

– Значит, Холлис сказала, что она не злится? Ты не выдумываешь?

– Вообще-то, если дословно, она спросила: «С ней все будет в порядке?»

– Ого! –  Мина гоняет по тарелке хлопья, собирая их в аккуратную маленькую горку. –  Что ж, очень мило с ее стороны.

– А что касается Куинна…

Мина снова стонет и закрывает лицо руками.

– Это был плохой поцелуй?