Это не означало, что почти каждую ночь Поппи не плакала перед сном, потому что она плакала. Но, по крайней мере, в течение дня ей было чем отвлечься.
Было неожиданно получить звонок от Лены Сэндлер однажды вечером в конце сентября, и еще более неожиданно – когда она пригласила Поппи пообедать. Она даже предположить не могла, зачем Лена хотела увидеться с ней.
Расскажет ли Лена детали о женщине, с которой Поппи встретила Бэка? Поппи одновременно было и любопытно и противно узнать, что Бэк оставил их отношения в прошлом. Но, как гласит поговорка, от любопытства кошка сдохла.
Поппи еще раз убедилась, что надела лучшее платье, вошла в ресторан Le Bernardin и сообщила свое имя хостес. Она была рада, что оделась соответствующе, проходя по самому модному ресторану, в котором когда-либо была, и улыбнулась, увидев Лену. Та встала и обняла ее.
– Поппи! Рада тебя видеть. Как ты?
– Хорошо, – ответила Поппи, сжав Лену в объятиях. Было приятно увидеться с женщиной, которую она считала почти что за мать. – Как вы? Вы так загорели!
– О, – радостно улыбнулась Лена и положила на колени салфетку. – Бэк отвез меня в Дубай на мой день рождения.
– Звучит здорово. – Со стороны Поппи это было притворством, ведь ее сердце пронзила боль при упоминании Бэка. Но, честно говоря, она была рада, что, кажется, сейчас у него с матерью были хорошие отношения. Ей хотелось, чтобы у него так было. – И что вы делали?
– Лежали на пляжах, ходили на экскурсии, как туристы – вот это вот все, – восторженно болтала Лена.
– Вы поехали вдвоем? – начала выведывать Поппи, стараясь не звучать слишком любопытной. Ей не хотелось, чтобы Лена узнала о том, что Поппи в курсе новой девушки Бэка.
– Только мать и сын, – ответила Лена с понимающей улыбкой.
– Я рада, что вы так близки, – искренне сказала Поппи, сменив тему до того, как станет слишком больно. – Вы оба этого заслуживаете.
– Спасибо, – сказала Лена. – И за заботу о Бэке тоже. Я не поблагодарила тебя за то, что в ту ночь ты стала на его защиту.
Поппи покачала головой. Она не хотела говорить с Леной о той ночи, потому что, если бы она не наговорила всего этого, Генри все еще мог бы быть жив. Вина за это была главной причиной, из-за которой она избегала Лену все эти месяцы.
– Даже не думай о том, о чем ты там сейчас думаешь, – отчитывала ее Лена. – Нам нужно было услышать то, что ты сказала. А кроме того, так давно никто не боролся за Бэка. Я знаю, что для него это многое значило.
Поппи прикусила щеку изнутри, чтобы не заплакать, и сделала глубокий вдох носом, прежде чем улыбнуться.
– Бэк… Ну, вы знаете, что я о нем думаю. Он замечательный. Он заслуживает, чтобы за него боролись. Я рада, что сейчас у него есть вы.
– И ты, – подмигнула Лена.
Поппи обрадовалась, что Лена уже заказала ей бокал вина до того, как она пришла, потому что это смогло ее отвлечь от того, чтобы не разболтать Лене о том, что у Бэка есть еще один человек, который за него борется.
К счастью, Лена заметила, что Поппи стало неловко, и сменила тему.
– Как работа?
– О, чудесно. Вы слышали, что мы с Феликсом открыли свою компанию? – Поппи была рада смене темы, так как теперь она могла болтать без умолку о своей работе, о малышке Бэлль, о своих занятиях тхэквондо и о том, как она недавно занялась флористикой.
Обед пролетел очень быстро, и Поппи одновременно была и разочарована и рада, что совсем ничего не узнала о таинственной женщине Бэка Сэндлера.
– Давайте еще раз встретимся? – неожиданно для самой себя спросила Поппи, обнимаясь с Леной у ресторана.
– С радостью, – улыбнулась Лена и коснулась щеки Поппи, как могла бы сделать мама. – Позвони, когда в твоем напряженном графике найдется время.
– Конечно, – ответила Поппи, в последний раз обняв Лену и помахав ей рукой.
Октябрь 2024 года
Поппи очень старалась наладить свою новую жизнь, и это включало в себя тот факт, что Бэк начал новые отношения. Она старалась не думать об этом либо не нервничать. Он давал ей столько шансов, а она причиняла ему боль столько раз, что не могла винить его за новое начало.
Как бы Поппи ни хотелось погрузиться в жалость к себе из-за этого, она отказывалась это делать. Она не позволит этому факту заставить ее чувствовать себя недостойной любви, потому что дело не в том. То, что Бэк нашел кого-то другого, кто делает его счастливым, не означает, что Поппи не заслуживает того же. Это идет вразрез с тем, над чем Бэк просил ее поработать.
Бэк мог оставить все в прошлом, но это не значит, что Поппи недостойна его любви. Иногда, вне зависимости от ценности, усилий или времени, все все равно может пойти не так, как нам хочется. И Поппи нужно было принять этот факт и прекратить думать о нем как о заслуженном наказании.
Поппи была в разгаре внесения правок в чертеж, когда открылась дверь и ее ассистентка (да, теперь у нее была настоящая ассистентка) заглянула в комнату.
– Мисс Стивенс? У вас посетитель.
– Кто это? – спросила Поппи, нахмурив брови в попытке стереть линию на чертеже.
– Некий мистер Бэк Сэндлер.
При звуке его имени сердце Поппи сжалось. Она поднесла руки к волосам и попыталась их пригладить, а потом осознала, что ее пальцы были испачканы углем, а теперь, судя по всему, еще и лоб. Не успела она найти зеркало, как Бэка вошел в ее офис, и она поняла, что улыбается ему в ответ.
– Бэк. – Поппи намеревалась его так поприветствовать, но приветствие вышло больше похожим на до неприличия хриплый вздох.
– Привет, – ответил он, явно не зная, куда себя деть.
– Присядешь? – Поппи указала на стул.
– Мэг, принеси кофе, пожалуйста, – сказала она ассистентке перед тем, как закрыть дверь.
Бэк сел и подождал, пока Поппи тоже сядет, а затем произнес:
– Как ты?
– Хорошо. Хорошо, – ответила Поппи, нервно перебирая бумаги. – А ты?
– Хорошо, – засмеялся Бэк. – Твой офис выглядит здорово. Я очень тобой горжусь.
Поппи не могла не почувствовать немного удовольствия от его похвалы, понимая, чего она добилась.
– Спасибо.
– Мама рассказала мне, что вы с Феликсом открыли фирму, – объяснил Бэк. – Думаю, это здорово.
Поппи кивнула:
– Думаю, здорово, что вы с мамой стали так близки.
После краткой паузы Бэк неловко рассмеялся:
– Это странно. Мы вновь и вновь повторяем, что все хорошо или здорово.
Поппи хотелось сказать, что все из-за гигантского смущающего слона в комнате. Ей хотелось рассказать, что она знает о его девушке из Whole Foods, что чувствует себя преданной, что все еще так сильно жаждет быть с ним, что, увидев его вживую, во плоти, она так хочет просто взять и прикоснуться к нему. Или же забраться к нему на колени.
Но Поппи ничего из этого не сказала, так как, честно говоря, ей не хотелось слышать об этой девушке. Она не хотела, чтобы Бэк объяснял ей что-то, до чего ей не должно быть никакого дела. Она не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым из-за того, что счастлив. И, из чувства собственного самолюбия, она не хотела, чтобы он признался, что нашел кого-то, кого полюбил больше, чем ее. Она не сможет этого вынести, а плакать перед ним ей не хотелось.
Вместо этого Поппи неловко засмеялась:
– Да, это все странно. Должно быть, прошло слишком много времени.
Бэк нахмурился и уставился на свои руки.
– Похоже, что да.
Сердце Поппи упало, она не понимала, что из сказанного могло вызвать у Бэка такое выражение лица. Не успела она спросить его об этом, как он начал подниматься со стула.
– Было приятно увидеть с тобой, Поппи.
– Взаимно, Бэк, – сказала Поппи, пытаясь звучать искренне, хотя ей было непонятно, из-за чего он уходит. – Я рада, что у тебя все так хорошо.
– Я тоже. Ну, в смысле, что у тебя все хорошо, – неловко произнес Бэк, сделав шаг вперед к Поппи. На долю мгновения она подумала, что он ее обнимет, но вместо этого он протянул руку, и она ее пожала.
Наблюдая за тем, как Бэк уходит, Поппи разрывалась от понимания, что теперь между ними действительно все кончено. Она закрыла за ним дверь и опустилась на пол. Она была человеком и не могла не почувствовать хотя бы немного жалости из-за того, что потеряла Бэка навсегда.
Ноябрь 2024 года
К ноябрю Поппи осознала, что пришла пора подумать о том, чего хочется ей самой. Бэк в том числе хотел, чтобы она ставила себя и свое счастье на первое место. Так чего же Поппи хочет?
Ее социальная жизнь была насыщенной до такой степени, что у нее не оставалось времени для себя, и было столько хобби, чтобы развеять любую скуку. У нее было собственное успешное дело и неплохая карьера. Если бы год назад кто-то спросил у нее, чего она хочет, скорее всего, она была бы довольна тем, что у нее сейчас есть. Но она ушла далеко от той Поппи, которой была год назад, – многое изменилось.
Она была постоянно занята, да. У нее были друзья, верно. У нее была работа, о которой она с детства мечтала, и она была сама себе хозяйка, все так. Она была счастлива. Она самореализовалась. Да, все так. Но еще она была одинока.
У нее было многое из того, чего ей хотелось, но не то, чего она по-настоящему желала. Не то, чего она жаждала всем своим сердцем – самой истерзанной его частью. У нее не было семьи.
Никакие объемы работы, никакое множество друзей или хобби не могли излечить эту часть ее сердца. Ей хотелось мужа, который бы ее обожал. Ей хотелось построить дом вместе с ним и провести с ним жизнь, а также родить несколько ребятишек (в ее размышлениях у них всегда были темные волосы, или большие уши, или множество веснушек – как у Бэка).