Встреча была посвящена бюджету на производство колонок с новой версией Альды. Саша не совсем понимал, зачем его позвали, но, с другой стороны, чем сильнее будет его вовлеченность в проект, тем скорее он загладит вину за свое долгое отсутствие. Не сказав ни слова за все время звонка, он с облегчением отключился и переоделся в домашнюю одежду: из-за спешки пришлось сидеть перед камерой в рубашке и джинсах.

Он натягивал через голову футболку, когда зазвонил телефон.

– Эсмеральда, кто это?

– Никита Колесников.

– Черт!

Одергивая ткань одной рукой, другой он потянулся за телефоном.

– Никита Егорович?

– Можешь объяснить, почему ты не разобрался с подборкой игр в детском режиме? Сегодня от тебя ждали информацию к часу дня.

Саша замер, чувствуя, будто его окатили ледяной водой.

– Сегодня?

Каждое следующее слово било его в голову подобно камню.

– Да. Отчет тебе отправили в пятницу вечером, а сегодня Федя должен был составить план работ и распределить обязанности. Ты ничего не прислал. Считаешь, там все в порядке?

– П-постойте. – Он бросился к монитору и торопливо открыл почту, хотя на пути на обед и обратно успел написать несколько писем и перечитать то, что было отправлено ранее.

– Саша, если ты еще не в состоянии выполнять свои обязанности, то лучше было сказать об этом прямо.

– В его письме даже не было даты! – воскликнул Саша, просмотрев текст на экране.

– А то, что сегодня он на полдня уезжает на встречу вместо тебя, а завтра утром созванивается с отделом маркетинга, не дало понять, что задача срочная?

– Он… – «Он ничего мне не сказал», – хотел ответить Саша, но вставить даже слово казалось невозможным.

– Ты говорил мне, что будешь не на связи только в то время, когда занят реабилитацией. Но я не знал, что это включает в себя встречи в кафе посреди рабочего дня.

Перед глазами у Саши поплыло, и он был вынужден опереться о стол.