Ближе к вечеру Софья позвала Элю к себе в кабинет и удивила вопросом:

– Саша хотел бы пойти на наше мероприятие в ГУМ?

– Мы это не обсуждали, – честно ответила она. Ей даже не нужно было бы спрашивать его, чтобы узнать, что ответ был бы отрицательным.

– С Эмилией уже связалась ассистентка Колесникова. Она просит, чтобы его и его новую пассию внесли в список гостей. Вот уж не подумала бы, что он поклонник поп-музыки. А поскольку Саша всегда следует за ним, я решила, что тоже смогу его там увидеть. Вдруг он сделал бы исключение ради любимого начальника.

Эля покачала головой, и Софья невесело рассмеялась.

– Или ради своей родственной души. Хотя бы у вас с ним все в порядке? Я знаю, вы иногда встречаетесь.

«На прошлой неделе я его поцеловала, а сегодня мы спали вместе. И этим вечером наденем друг другу парные украшения, как делают все родственные души».

– Да. Но он ведь все равно не любит подобные мероприятия.

– И правда совсем не изменился, – снисходительно заметила она. – Работать ему там и правда было бы слишком шумно.

– Почему вы все еще хотите, чтобы он изменился? – не выдержав, спросила Эля. Они впервые заговорили о Саше со времен того злополучного ужина. – Может быть, его образ жизни не отвечает вашим ожиданиям, но это не значит, что он живет неправильно.

Софья замерла, явно не ожидав такого поворота в разговоре.

– Я всего лишь верю, что его жизнь могла бы стать еще лучше. Не знаю, что тебе известно о его руководителе, – ответила она, – но он нехорошо влияет на Сашу. Тот воспринимает его как друга и наставника, но…

– Он поддержал проект Альды, когда Саша в этом очень нуждался.

Впервые Эля осмелилась перебить Софью, и, судя по взгляду, ту это задело.

– Ты, конечно, не помнишь девяностые годы, – сухо произнесла она, – а вот я помню. Жизни многих людей оказались разрушены, а то, что раньше чего-то стоило, оказалось ненужным хламом. И, если ты хотел, чтобы твоему ребенку завтра было что есть и где жить, нельзя было сидеть на одном месте ровно. Я нечасто бывала дома, зато мы жили в безопасности и достатке. Саша ходил в хорошую школу, у него было много одежды и собственный компьютер, с которого, можно сказать, и началась его карьера. Я поддерживала его так, как могла, и устала это доказывать. Если он и дальше хочет обижаться на меня, то я ничего не могу поделать. Хорошо, что это не мешает ему в работе, хотя в компаньоны он мог найти более достойного человека, а не сторонника нейроблокаторов и жестких методов управления.