– Это против правил компании!

– Как и оскорбление людей с инвалидностью. Два.

– Ты вообще о чем?

– О работе в огороде со мной. Ты об этом только вчера говорил со стажерами. У кого из нас тут проблемы с памятью, а?

Перов побледнел. Через стеклянные стены Саша увидел, как к кабинету подошли разработчики, обсуждавшие его в групповом чате. С того дня там было подозрительно тихо, но их общение в офисе стало чуточку теплее.

– Федя, лучше не спорь. Уходи, – серьезно сказал Денис. Именно его родственную душу Саша когда-то назвал проблемой, за что теперь ему было очень стыдно. С аудиосценариями тот всегда оказывал ему огромную помощь.

– Иди и дальше ничего не делай. Я сам разберусь.

– Сейчас для этого явно неподходящее время, – раздался еще один резкий голос.

– Псих, – плюнул Перов Саше, прежде чем уйти. – Все слышали, что ты мне угрожал.

Саша в ответ назвал его так, что остальные коллеги уставились на него со смешанным выражением ужаса и восторга, и даже Софья поперхнулась.

– Будем считать, что я этого от тебя не слышала, – сказала она, когда кабинет наконец-то опустел и Саша запер дверь на ключ и сел, спрятавшись за мониторами от посторонних глаз. Сейчас подробности их ссоры наверняка разлетались по личным чатам, но ему было глубоко наплевать.

– Он заслужил, – холодно сказал Саша, на всякий случай трогая верхнюю губу. Она была сухой.

– Что значит «работа в огороде»?

– Что после аварии я овощ. И моя работа ориентирована на таких же, как я.

– Саша… – в ужасе прошептала Софья.

– Забудь. Я не могу уйти сейчас, – мрачно сказал он. – И не знаю, когда освобожусь. У меня впереди важная встреча, а затем звонок.

– Так скажи, что появились дела поважнее.

У Саши вырвался короткий, недоверчивый смешок.