– Когда ты успела стать такой мудрой? – слабо улыбнувшись, спросила она подругу.

– В каком смысле «когда»? Это у меня от мамы. Ну и еще иногда я читаю психологическую рубрику в Soultalk. Их шеф-редактор – чудо, никогда не пропускает наши новости.

Зоя вдруг резко выпрямилась, и Эля увидела приближающуюся к кабинету Софью.

– Что-то случилось? – подняв брови, спросила она, заметив скомканные бумажные салфетки на столе Эли.

– Мы обсуждали вчерашнюю вечеринку, – объяснила Зоя. – К концу недели я подготовлю полный отчет, но, судя по отзывам, все гости остались довольны.

– Я с ними согласна. Все прошло отлично, Зоя, спасибо тебе за организацию. – Девушка просияла, и Эля почувствовала прилив гордости за подругу. – Я сегодня напишу большое письмо на имя вашего отдела.

Софья бросила еще один внимательный взгляд на салфетки, затем на лицо Эли и молча зашла в кабинет.

– Кажется, это мой знак, что пора уходить. – Зоя потрепала ее по плечу. – Держись. А лучше позвони или напиши Саше. Для начала можешь предложить ему скинуться с нами на киллера.

Эля опустила взгляд на свой телефон. Коснись экрана – и на нем будет их с Сашей общее фото с веранды на крыше. Как бы сильно она ни ненавидела его начальника, ей не хотелось отвлекать его от работы, которая и без того заставляла его нервничать. И что ей даст телефон? Ей нужно было видеть его глаза и прикасаться к нему, чтобы он почувствовал всю искренность ее слов. Они причинили друг другу боль, которую больше никогда не должны были испытывать, и Эля молилась, чтобы она не преследовала их всю оставшуюся жизнь.

Едва глава отдела маркетинга пожелала всем хорошего дня, а остальные начали прощаться, Саша первым вышел из видеоконференции и закрыл окно. Ему были одинаково неприятны и эти слова, и люди, которые их произносили. Все они в конечном итоге ждали чего-то от него – а он хотел лишь послать все к черту. Или забыть о работе и, выпив снотворного, провалиться в сон без сновидений. Во сне была только тьма, и именно это сейчас и требовалось онемевшему от боли телу.

Насколько легко было принять тепло и свет, несколько месяцев назад наполнившие его душу, настолько тяжело было осознавать их потерю. Он понял этот в тот момент, как вышел из квартиры, прежде чем снова мог заставить Элю расплакаться.

Это было первое обещание, которое он дал себе, когда понял, что влюбился в нее, – ни за что на свете не позволять ей плакать из-за него. Те несколько раз, когда они занимались любовью и в ее глазах появлялись слезы наслаждения, были не в счет.

Вторым было сделать так, чтобы она была счастлива, не думая о цене подарков, которые могли бы с этим помочь. Украшения, одежда, косметика, книги, рестораны – она могла выбрать все, что захочет, однако до сих пор Саша не потратил и половины предполагаемой суммы. В вопросах денег Эля всегда проявляла поразительное упорство, и настаивать было бесполезно.