– Джолин. Тебе не нужно меня бояться. Я догадываюсь, каково тебе живется. И все понимаю, хорошо? – Он сдвинулся в сторону, и я задела ногой его запястье. – Я знаю, каково это – чувствовать, что ты никому не нужен, что ты везде чужой. Ты не должна так думать. Мне плевать, что там происходит. – Он мотнул головой в сторону коридора. – Пусть это остается за той дверью. Ты всегда можешь прийти сюда. Ты мне веришь?

Нет. Это глупо. Он пытался навязать момент единения между нами. Он был так серьезен, как будто я эмоционально уязвима или что-то в этом роде. А ведь он едва знал меня. Я чувствовала себя своей везде. И мое место было там, где я хотела быть.

Он держался все так же близко ко мне, но я перестала нервничать из-за этого. Он делал вид, что беспокоится обо мне, и, возможно, так оно и было. Может, я дала ему повод для беспокойства, если вспомнить мой срыв в день рождения. Он не знал, что это исключение из правила. Просто странное стечение обстоятельств привело к истерике, но больше этого не повторится. Однако встревоженное выражение лица Гая и то, как он положил руку мне на плечо, выписывая на нем крошечные круги большим пальцем, убедили меня в том, что он не собирается верить мне на слово. Он был славным парнем или, во всяком случае, казался мне таким, и, хотя чувство неловкости возрастало, я понимала, что любым своим словом могу поставить и его в неловкое положение; а этого мне хотелось меньше всего.

– Предлагаешь свою квартиру в качестве нейтральной зоны. Понятно. – Я кивнула на телевизор. – Давай лучше смотреть фильм, пока не поздно.

– Хорошо, – сказал Гай. – Не хочу, чтобы ты пропустила проверку после отбоя. – Он попытался смягчить боль своих слов улыбкой, но я пожалела, что поделилась с ним некоторыми подробностями тем вечером, когда расчувствовалась и сбросила защитную оболочку. Я ему тогда много чего рассказала. Он знал, что никто не придет проверить меня перед сном.

Я дернула плечом, стряхивая его руку.

– Эй, эй! – Он вздохнул, и его дыхание потревожило мои волосы. – Это камешек не в твой огород, ясно? Тем, кто о тебе заботится, не должно быть все равно, где ты находишься. Вот и все, что я имел в виду.

– Конечно, прекрасно, но не могли бы мы посмотреть фильм прямо сейчас?

Он наконец уступил, накинул на меня почти забытый плед и закинул руку на спинку дивана.

Когда пошли первые титры, меня посетила чрезвычайно странная мысль. Вот я здесь, с почти незнакомым человеком, и он заботится обо мне лучше, чем мои родители. Мой родной отец даже не знал, где я нахожусь. Ему было все равно, лишь бы каждый месяц забирать меня у мамы на строго определенное время, по расписанию. И она была ничуть не лучше.