Шелли порывалась шагнуть в мою сторону, и я поняла, что если позволю ей сделать этот шаг, она сделает еще один, и еще и не остановится, пока не окажется прямо передо мной. А потом она подтолкнет меня к выбору, который я никогда не смогу сделать. Одно дело – позволить ей обнять меня, когда я рассыпалась на части и рыдала на полу, но когда я чувствовала себя… не храброй, конечно, но уже и не слабой, это что-то совсем другое.

– Шелли, не надо. – Она остановилась, не успев сделать шаг. – Пожалуйста, не надо.

Впиваясь зубами в нижнюю губу, она кивнула.

– Я все понимаю.

Она действительно понимала; мы обе понимали. Что бы она ни сделала для меня сейчас, это не могло изменить того, что она совершила до этого. Платье для танцев, утешающие объятия во время истерики, подставленное плечо, когда я заново проживала худшее, что когда-либо случалось со мной, – все это хорошо. Но наши отношения были запятнаны прошлым и настоящим, чего я не могла забыть. По крайней мере, пока я все еще жила этим каждые вторые выходные. И пока она втихаря читала записки моего отца и отчитывалась перед его адвокатами.

Я не могла.

– Ты позволишь?.. – Она указала на дверь своей спальни. – Мне нужно тебе кое-что показать, и я обещаю, что на этот раз так и будет, хорошо? – Она едва дождалась моего осторожного кивка, прежде чем пересекла комнату.

Я услышала, как открылась дверца шкафа, и через мгновение Шелли вернулась с сумкой размером почти с нее.

Багажная сумка.

Я нахмурилась.

– Я ухожу. – Шелли крякнула под тяжестью сумки, и я почувствовала, как задрожал пол, когда она уронила свою поклажу. – Я больше не хочу так жить. Я не хочу оставаться таким человеком ни для себя, ни для тебя.

Я все хмурилась, но только потому, что боялась выражения, которое могло бы появиться на моем лице вместо насупленного.

– Когда? – Я бросила взгляд на сумку.

– Я купила эту сумку на следующий день после того, как ты рассказала мне про Гая. С тех пор я медленно собираю вещи, чтобы твой отец ничего не заметил.

Сердце забилось быстрее, когда до меня дошел смысл ее слов.

– Почему же ты не ушла в тот же день?

– Из-за сегодня, – произнесла она самым мягким голосом. – Я не могла допустить, чтобы ты прошла через это в одиночку. Я знаю, ты считаешь себя крутой и тебе никто не нужен, но, думаю, это потому лишь, что рядом с тобой никогда никого не было. А так не должно быть, Джо. Ты заслуживаешь того, чтобы вокруг тебя было много людей. И лучше меня.

Жжение в глазах усилилось, и мой хмурый взгляд задрожал. Не знаю, смогла бы я остановить ее, если бы она попыталась обнять меня тогда, но она этого не сделала. Вместо этого она сунула руку в карман и вытащила сложенный листок бумаги.