– Я думала, тебе нехорошо, – сказала Хелен.

– Мне уже лучше. Нужно было просто немного отдохнуть.

Оливия напряженно улыбнулась сестре. Что-то было не так, совсем не так.

– Отлично. Можно с тобой поговорить? – спросила Хелен, подцепила Оливию под локоть и потащила за собой.

Оказавшись в библиотеке наедине с сестрой, она потребовала ответа:

– Что ты здесь делаешь?

– Не знаю, – призналась Оливия. – Я стояла на платформе, и тут меня нашел двоюродный брат Гетти. Сказал, что ее арестовали…

– Гетти арестовали?

– Я поехала в участок, чтобы забрать ее. Сейчас она с Джесси и Этель.

– И ты поехала прямо в таком виде? – изумилась Хелен, глядя на ее платье.

Оливия невесело усмехнулась:

– Видела бы ты лицо полицейского.

Подбородок у нее задрожал, Оливия плюхнулась на ближайший стул и спрятала лицо в ладонях.

Хелен вздохнула:

– Что будешь теперь делать, Ливи?

Девушка пожала плечами. Хелен никогда не видела сестру такой неуверенной в себе.

– Мама поймала меня перед отъездом. Она рассказала, как они с отцом пытались быть активистами и как мало результатов это дало. Ты знала? – Когда Хелен покачала головой, Оливия сказала: – Я едва успела на вокзал к отправлению. Я думала только о том, что они пытались… – Уже тише она добавила: – А потом поняла, что еще столько всего нужно сделать, в том числе довести предвыборную кампанию до конца. Как я могла даже подумать о том, чтобы уехать сейчас? – Она резко оборвала сама себя. – Я видела, как он меня высматривал, и не могла пошевелиться. И тогда-то ко мне подошел двоюродный брат Гетти. – Оливия откашлялась. – Я буду продолжать работу здесь. Он уехал, но это не значит, что я тоже должна. – Оливия обхватила себя руками. – А что произошло с мистером Лоренсом?

Когда Хелен услышала его имя, у нее будто открылась рана, которая только-только начала затягиваться. Закапали слезы.

– Хелен.

Оливия бросилась к ней, убрала волосы с лица сестры. Хелен снова почувствовала себя маленькой девочкой. Упала ей на плечо и рассказала Оливии все. К концу рассказа глаза Хелен покраснели. Надо было просто пойти в гараж и сидеть там. Но старшая покачивала ее и шептала утешения, которые Хелен из-за своего горя не могла понять, но знала, что этот момент бесценен.