Охренеть.

Это что за поворот. У меня фитиль дымится, а Лисицына собирается линять?

Скучно ей. Сейчас я ей сделаю задорно.

Но Тая умудряется как-то проскочить мимо меня, увернувшись от расставленных рук. Кажется, кто-то реально все продумал. Это и есть ее безбашенный план? Завести меня и продинамить? Она же не думает, что я буду смирно плакать в уголке или, утирая скупую мужскую слезу, подрачивать в ванной на воспоминания о том, как Лисицына кончает?

Бля. Точно готовилась.

И сумку заранее оттараканила в прихожую.

Может, еще умолять ее прикажете?

Да хрен там!

Но мозг уже лихорадочно ищет аргументы, которые не будут выглядеть, как жалкие просьбы.

– И куда ты собралась? – настигаю вертлявую чирлидершу. – Лисицына, у тебя мозги есть? По Диане соскучилась?

– Я до-мой. К ма-ме, – по слогам, как для слабоумного проговаривает ведьма, чем выбешивает окончательно. Закидываю на плечо и несу обратно на кухню.

– К маме? По прописке она тебя не найдет, что ли, если нашла на съемной хате?

– И что теперь? Мне у тебя корни пустить? – она извивается на плече, а я плотоядно похлопываю по наглой заднице, которая дразнила меня и должна быть наказана.

Наказание. Мне определенно нравится наказывать Лисицыну.

Тем более, что я ей это обещал. Гештальт надо закрыть. Нельзя себе отказывать в маленьких радостях.

– Я думаю, уже завтра эту психическую уже локализуют, – прикидываю я, сколько раз я успею наказать Таю до завтра. По всему выходит, много. – Причем ее же папенька, чтобы она больше ничего не натворила и не усугубила ситуацию. А там уже и органы за ней придут. Так что не будь идиоткой, сиди и не дергайся.

Сгружаю ведьму на стол. Виски, шашлык, противная Лисицына – идеально.

– Действительно, – кривится она. – Ты общаешься с долбанутыми, а идиотка – я. И как это я сразу не поняла?

Лупит мне по рукам, которые я уже начинаю запускать ей опять под кофту.

В мозгу зажигается красная лампочка. Она семафорит, что объект всерьез настроен послать меня лесом. И это злит.