– Твой? Адвокат передал, нашли на месте происшествия…

– Да, спасибо, выпал, наверное, – я, честно говоря, не помню, как потеряла его.

– Мы звонили тебе, чтобы предупредить. Почему трубку не брала? – спрашивает начбез, и меня снова захлестывает чувство вины. Если бы они дозвонились, Вику бы не пришлось приезжать, и он бы не пострадал.

– В фитнес-клубе, я поставила на беззвучный, а потом он, видимо, разрядился… – мямлю я, кусая губы.

Шурша бахилами, к нам подходит Архипов-старший. Он чернее тучи, и я пугаюсь еще сильнее.

– Что… – сиплю, но Константин не смотрит на меня. Он разглядывает свои руки.

– Ножевое неглубокое, травма головы, сотрясение, похмелье, подозрение на воспаление легких…

Меня обливает холодным потом.

Надо было настоять на лекарствах! Я жру себя, хотя отлично понимаю, что я бы не смогла заставить Вика.

– Я же говорила ему, что температура – это не шутки… – шепчу я.

Архипов-старший вскидывает на меня нечитаемый взгляд.

– Поехали, я тебя отвезу.

– Я сама…

– Сама ты уже находилась. Сейчас принесут твои вещи, я жду у машины…

Мне ничего не остается, как дождаться кого-то из персонала с моей одеждой, которую даже немного почистили. Вот что значит клиника для состоятельных.

К Константину в машину я сажусь на заднее сидение, чтобы быть от него подальше. Сейчас он сам за рулем, и меня от его гнетущей ауры отделяет хотя бы спинка сидения.

Какое-то время Архипов-старший молчит, погруженный в свои мысли, но, когда мы уже проезжает последнее кольцо перед моим домом, спрашивает:

– Значит, ты Лисицына?

Я от неожиданности икаю.

– Д-да…