Это что сейчас такое творится?

Лисицына бессмертная, что ли?

Бешеная назло врагу реально найдет какого-то висельника, чтобы продолжать самообразование в сексе?

Если ей не ответит хрен, который приглашал в «Карнеги».

Хрен, то есть я.

– Лисицына охренела, – говорю я щенку, коробка с которым стоит на заднем сиденье тачки.

Нас обоих выселили, хотя я оттягивал момент, давясь остывшим чаем с бергамотом.

Пока я хлебал пойло, ведьма включила свое реактивное помело и упаковала шмотье бобика. Приданого каким-то образом приросло до неимоверных масштабов. Даже три ошейника на выбор есть, причем один с какими-то сраными стразиками. Именно его мне попытались надеть, когда я протянул руку к заднице в спортивных штанах.

Не юбка, конечно, но всяко удобнее, чем тот кожаный изврат.

Я был готов настаивать на своем, но у ведьмы буквальна глаза кровью налились.

– Будет тебе ответ, – цежу я себе под нос, выруливая из двора на дорогу.

Только что я буду делать?

Перебираю в голове все варианты, но, как ни кручу, всяко выходит, что в конце меня ждет нокаут. Эта жопа меня даже до сих пор из черного списка не достала. Киру реабилитировала, а меня нет!

Меня начинает потряхивать.

Зачем мне вообще «Мисс Белое пальто»?

Ну не полумесяцем же у нее!

Но, что-то свербит.

На нервяках даю кругаля по городу, раздражаясь, что на машине совсем не тот эфефект, что на мотоцикле. Захватываю у насупленного Арама бургер, но он не лезет в меня, потому что после бургера полагается троллить Лисицыну, бесить ее, склонять ко всякому…

А Лисицына собирается к какому-то хрену в «Карнеги».