– Я поняла, – подводит итог мама. – Ты просто избаловался с одним ребенком. Ничего. Мы это исправим. Чтобы тебе не было скучно, будет тебе еще один.

– А вдруг опять девочка? – паникует отец. – Может, не надо?

– Поздно. Смотри, какой я халатик принесла из лаборатории… Совсем как тот.

Ой нет.

Я пячусь от двери.

Одно дело подозревать, что твои родители знают, что такое секс. И другое быть уверенной, что они им занимаются прямо сейчас. Я предпочитаю думать, что он у них был всего один раз, когда меня зачинали, и только из суровой необходимости продолжения рода.

– Валим, – командую я, напяливая кроссы у порога.

Рэм складывает руки на груди и оглядывает меня сверху вниз.

– Чего? – напрягаюсь я.

– Да вот думаю, надо перенимать опыт старших. Как насчет поиграть в художника и его натурщицу?

Сердечко ёкает, как всегда, когда Рэм начинает меня соблазнять.

– Через два часа диван привезут, – напоминаю я.

– А потом на диване…

Господи, это же тоже кринж.

– Лучше поиграем в клиентку и массажиста, который мнет ей ступни, – предлагаю я.

А вот это уже совсем другое.

Широкая улыбка на лице Рэма возвещает, что итог игры будет одним и тем же.

Я еще не привыкла к тому, что что бы мы не начинали делать, заканчивается все одним и тем же.

Я вообще ни к чему не могу привыкнуть.

Ну, к тому, что мы вместе.