— Даже своему парню?

— Даже ему.

— Хорошо. Тогда это останется только между нами, и мы сохраним это в тайне. Тебе следует сменить свой номер и сделать его скрытым. Скажи своему парню, что так будешь чувствовать себя в большей безопасности, и что тебя тошнит от репортеров.

— Я просто подумала, что тебе следует знать из-за расследования. Все в порядке.

Риджфилд откидывается на спинку стула и облизывает зубы.

— Ты не хочешь, чтобы он перестал звонить? Напомни, что вообще происходит, Веспер. Зачем ты это делаешь? Я рад, но никак не могу успокоиться. Я почти не сплю в страхе, что ты передумаешь.

Жаль, что я не могу сформулировать ответ. Я даже не могу пообещать ему, что не передумаю.

— Ты когда-нибудь по-настоящему знал Сэма? — спрашиваю я.

Он раздраженно вздыхает.

— В какой-то момент я бы сказал, что да. Ну, может, я и не знал его по-настоящему, но отчасти я его понимал. Сейчас могу честно сказать, что понятия не имею, кто он на самом деле.

Я бросаю взгляд на фотографию на столе. Его маленькая семья. Такая идеальная. Такая нормальная.

Я замечаю маленького мальчика, стоящего перед шерифом с невинной улыбкой на ангельском личике.

— Ого, он так похож на Сэма в его возрасте.

Лицо Риджфилда напрягается, как будто я задела больное место.

— Да, как две капли воды, — сокрушается он. — А ты?

— Что я? — спрашиваю я.

— Ты знала его по-настоящему?

— Думаю, что да. Но лучше бы не знала, так проще. Трудно предавать того, кого хорошо знаешь.

Шериф кивает.

— Или того, о ком думаешь, что знаешь.