Никто не ответил. Вероятно, она все еще полицейском участке. Я направился к своей машине и снова выехал на дорогу. Фары моего грузовика осветили наполовину скрытый кустами знак, на котором было написано: «Лос-Анджелес, 24 км.».

Вот так я и оказался в Лос-Анджелесе. На пару недель я залег на дно, просто чтобы убедиться, что все это не какая-то хитроумная уловка. Но я не мог противостоять своему желанию услышать ее голос. Практически мольбам Веспер спасти ее от обыденности новой жизни. Теперь ей понятно, что со мной она не была пленницей, пленница она где-то там, скованная ожиданиями и ненужными ей отношениями. Я не могу вернуться и снова ее забрать. Так это не работает. Я не рыцарь в сияющих доспехах. Я — Аид. Я разверзаю землю и затягиваю Веспер с собой. Я отдаю ей свое семя, которое она принимает, несмотря на свои протесты. Теперь я — ее дом. Ее пустили обратно во внешний мир, но она поймет, что неизбежно должна вернуться ко мне. Она может выжить, лишь обитая в двух мирах.

Через несколько недель я возвращаюсь на север (к черту Скута), чтобы очистить гребаную ферму от всего ненужного и, прежде чем нанять бригаду для уборки, захожу в комнату своей матери, которая выглядит так, словно по ней пронесся гребаный торнадо. Там, где когда-то лежала шкатулка, теперь книга «Зеленые яйца и ветчина», которую я подарил Веспер.

Шкатулка у нее. В ней полно памятных для меня вещей, но эта штука живет и дышит, и я очень сомневаюсь, что Веспер справится с тем, что в ее распоряжении теперь что-то настолько мощное. Она найдет там много всего, но кое-что, точно не найдет — а именно, никаких следов ее самой. Глядя на пустое отверстие в стене, я лезу в карман и достаю сложенную фотографию. На проходящей прямо посередине линии сгиба, она немного потёрта. Я провожу пальцами по складке, спускаясь к улыбке и шее Веспер. Изображение ее цепочки почти стерто. Иногда я жалел, что не оставил ее у себя, тогда у меня все еще была бы частичка Веспер, что-то отличное от воспоминаний, которые со временем тускнеют, как эта потрепанная фотография.

— Так что, я думаю, нам стоит куда-нибудь съездить. Провести вместе длинные выходные, — предлагает Картер, передавая мне мокрую тарелку.

— О, да?

— Да. Может, поедем... — Он распахивает глаза. — Почему бы нам не поехать в Тахо? Тебе там всегда нравилось.

Нравилось. Но теперь деревья, вода, воспоминания о потере моей цепочки — все это возвращает меня мыслями к нему. До Сэма мне бы понравилась эта идея.

— Конечно. — Я пытаюсь замаскировать нерешительность вымученной улыбкой. Но Картер это чувствует.