Мила охотно поддержала идею лечь спать в нормальное местное время, чтобы быстрее перестроиться на новый часовой пояс. Дорога вымотала, и впечатлений оказалось слишком много. Благо хоть организм не подвел, и всё прошло нормально.

Утро началось в четыре часа с грохота и криков. В коридоре собрались все, чтобы понять — Эля играет с Демоном в веревочку на втором этаже. К лестнице закрытой с двух сторон она не приближалась, но и здесь места хватало. Простор. Коридоры. Балконная дверь, дающая свет и ощущение пространства.

— Мы тихонько, — заверила мелкая взрослых и добавила: — Завтрак?

— В четыре утра? Пирожочек, может, полежим минутку? — предложила Мила.

— Не-а. Поиграем.

И она побежала с веревочкой дальше. Кот лениво устремился следом.

— Солнце встало — день начался, — хмыкнул Сергей и потер лицо. — Ложитесь, мы с этой веселой компанией пойдем добывать завтрак.

— Я сейчас, — встряхнулась хозяйка.

— Мам, ложись, они поедят и тоже заснут, Демон точно, у него режим, и Эля с ним за компанию.

Мила не стала сопротивляться и вернулась в кровать, честно рассчитывая, что полежит и встанет. Часовые пояса должны сказаться, но…

Глава 12

Глава 12

Следующее пробуждение случилось в половине седьмого с ощущением хорошо выспавшегося и довольного жизнью человека. Душ. Легкое платье, спасибо невестке за полный шкаф вещей, и поиски всех, не приведшие ни к чему. Дом словно вымер. Мила обошла пространство внутри и выглянула на террасу. Где застала хозяев, лениво отдыхающих в мягких креслах, причём каждый в своем телефоне.

— Доброе утро. А остальных где потеряли?

— Доброе, — улыбнулась Наталья и показала рукой в сторону дерева. — Там гамак, где все трое уснули. Сначала Серёжа растянулся, потом к нему запрыгнул кот, и пришла Эля. Теперь досыпают.

— Понятно. Они его укатали.

— Ничего, ему полезно. Сейчас остальные подъедут, станет шумно, — пробурчал Олег явно по привычке.

— Завтрак?

— Нет-нет, спасибо, для меня рано. Попью водички и погуляю. Где у вас можно пройтись, если не по территории?

— Тут довольно красивое место и продуманное в плане дорожек. Олег, тебе как раз пора отправляться на прогулку, — с хорошо ощутимым намеком произнесла хозяйка.

— Да, придется. Ладно, пойдемте, покажу наши места.

Поселок, вот уж неожиданно, имел разумную инфраструктуру для пешеходов. Точнее, он был полностью рассчитан на автомобили и состоятельных жителей, но при этом сделали десятки дорожек, выходящих к парку, вернее, настоящему лесу, окружающему его, и рано или поздно приводящих обратно. Не сказать, чтобы разнообразие, но десяток вариантов маршрутов имелся, как и приличная детская площадка в центре и некотором отдалении от всех; как и небольшой водоём, скорее декоративный, чем купальный, но плавать в нём можно — вода холодновата, но чиста.

Олег нехотя сообщал совсем базовое и больше расспрашивал сам. Причём по вопросам чувствовалось, что с биографией Милы он хорошо знаком. И с биографией, и с финансами, и поездками за границу.

— Вы обстоятельно подошли к делу, — не удержалась она от упрека.

— Должен был знать, у кого оказалась моя внучка, — возмутился тот. — Большая часть опекунов этой опекой зарабатывает и живет.

— Согласна, но думаю, это лучше, чем детдом.

— Не поспоришь, хотя система бывает разной. Зачем тебе тащить Элю в Штаты?

— Вы против, потому что против или по какой-то конкретной причине?

— Не понимаю удовольствия лететь полдня, чтобы показать ее родственникам.

— Я думаю, так будет лучше. Впервые попав в Штаты, лично я словно глаза открыла. Что-то поменялось в мировосприятии. Наверное, совпали другие факты: возраст, состояние, настроение, — не знаю. Но факт остается фактом, поэтому свято убеждена, что Эле нужно там побывать, даже если оно ничего ей не даст. Я стану спокойнее, и всё, дальше без причины таскать так далеко ее не буду.

— В сентябре на море побывает, оно тоже полезно.

— А в ноябре в санатории, я уже получаю направление и предварительно записалась, — развеселилась Мила и добавила: — Пока побудем у вас, посмотрите и скажете со стороны: может, Сергей прав, и я перебираю с занятостью Эли? Вы же в курсе кружков и досуга.

— Да, знаю. И что?

— Я думаю, это нормально и не перегружает ее, а он считает, что перебор. Тут нужен взгляд со стороны. Смутно предполагаю, что вы только так и смотрите. Профессиональная деформация, так сказать.

Собеседник хохотнул:

— Да, можно и так сказать, можно и хуже. Присмотрюсь.

— Договорились. Как тут зимой?

— Неплохо, но дорожки редко чистят, — пробурчал Олег.

— А самостоятельно? Лопату и чуть-чуть кардионагрузки?

— Я⁈

— А почему нет? Если вы тут гуляете, то для разнообразия пройтись с лопатой будет не так сложно, — не поняла Мила. — И полезно, и социально приятно.

— Вот уж не думаю.

— Вы не правы, на мой взгляд… — начала она свою привычную песню.

Игра в социальную разобщенность у них прошла лет двадцать назад. Маленький дом, маленький социум, общая значимость. Поначалу, а может, и до сих пор кто-то воспринимал затеи Милы как странные причуды, но в целом все втянулись и уже привыкли, что их маленький дворик — это именно их общее место, и каждый привносил то, что мог. Поэтому облагораживание двора шло стабильно с участием всех. Поэтому соседи снова повезут из поездки новые фильтры. Поэтому Мила без особых уговоров находила присматривающего за домом в свое отсутствие. Маленькое участие каждого вызывало постепенный отклик у всех. И дальше каждый делал то, что мог.

Они пережили эту зиму, и к уборке снега присоединялись те, кто никогда раньше лопату в руки не брал. А теперь, пока машина грелась, соседи спокойно расчищали двор даже до начала работы Милой. Мелочь тут, мелочь там, такие мелочи ощущались и сказывались. Самым милым оказался момент с подъездом — на неделе приходящая уборщица соседа помыла подъезд. Мила болела, ей было не до этого, остальные тоже, видимо, не могли. И когда к ней постучались с вопросом — где взять инвентарь, Мила даже растерялась. Оказалось, сосед попросил за дополнительную плату навести там порядок. Заметим, сам он даже дома не убирался, зато поучаствовал вот таким образом.

Олег слушал, не перебивая, хотя периодически что-то уточнял и спрашивал.

— Это, конечно, всё красиво и интересно, но не поймут.

— А вам нужно чужое понимание? — парировала Мила. — Лично я считаю, что это мой вклад в социум. Не знаю, интересовались ли вы всякими долгожителями, но у них это один из базовых постулатов с правильным питанием и активностью. Я думаю, что это важно, и моя психология отлично на этом работает.

— А как же социум?

— Он рано или поздно начинает отвечать взаимностью. Попробуйте, не афишируя, а просто для себя. И вам разнообразие, чтобы не ходить по десятку знакомых тропинок, и польза обществу, даже если оно выражено собой лично.

— Нет, тут еще парочка человек гуляет, — отмахнулся Олег, — да и кое-кто из работников через лесок до остановки ходят. Ладно, убедила, подумаю. Кстати, мы идем обратно.

— Я заметила. Как вам сегодняшняя прогулка?

— Повеселее.

— Отлично, завтра повторим, — улыбнулась Мила.

— Привычка?

— Собака и четырехлетняя привычка, от которой не вижу причин отказываться.

— Логично. Всё для себя и здоровья.

— Мой диагноз знаете? Либо здоровье, либо больница. В целом, не считая отдельных своих дуростей, со своим состоянием поладила. Тут как раз разумные всяческие рекомендации по еде, активности и прочим составляющим жизни приходятся кстати. Полагаю, у вас теперь тоже так.

— Именно что теперь, — недовольно сказал собеседник.

— Знаете, — на редкость серьезно произнесла Мила, — я вам от всей души завидую. Да, теперь приходится переламывать свою жизнь и привычки, но только теперь. До этого вы сколько лет делали что хотели без оглядки на собственное состояние? В чём-то мне проще, я с детства так живу, но у вас были десятилетия отличного здоровья. Думаю, компенсация за это не так велика.

— Может быть, может быть, — задумчиво отозвался хозяин, открывая дверь и пропуская Милу внутрь.

Как ни удивительно, на территории уже царило странное оживление. Посмотрев по сторонам, Мила нашла Николая и двух бегающих мальчишек. Надо полагать, Елена с семьей приехала.

Тут раздался крик «Стойте», и из-за угла дома показалась Эля. Мальчишки кинулись врассыпную. Игра в догонялки — это вечная классика. Бег, крики, писки, суета сразу изменили дом и двор. Убедившись, что за детьми кто-то присматривает, Мила отправилась за завтраком. А в доме встретила удивительно красивую женщину. Вот буквально красивую. Смесь черт родителей, легкий налет восточных кровей и гениальный результат — красавица.

— Доброе утро, я Людмила, — представилась Мила с улыбкой.

Точнее, попыталась улыбнуться, но выходило так себе.

— Елена, доброе утро, — отозвалась та вежливо.

— Я на завтрак.

— Мама и Серёжа уже на кухне.

Во время особо громкого крика женщина вздрогнула и решительно отправилась наружу, дав Миле возможность переварить встречу. Мила видела ее фотографию и… не узнала. Этот удивительный случай несовпадения реальности и фото, когда оригинал лучше. Наверное, не в любительском, а в профессиональном варианте Настя и на фотографиях красавица, но жена у брата была… обычной. Точнее, интересной и красивой девушкой за двадцать, но не ослепительной натуральной красавицей, как Елена. При этом надо признать — красавицей под тридцать, тогда как на фото сестра Сергея Лена смотрелась моложе. Плюс потрясающая женственная фигура.