Король представил собственного отца, восседающего рядом с Богом в небесном сиянии, поднявшим руки, чтобы укротить бурю, нависшую над королевством его сына. Разве это не было знамением? Разве это не было символом прощения Бога?

В утешающих словах молитвы «Отче наш» ему слышалось обещание, что все будет хорошо, и, присоединив свой голос к хору молящихся, Этельред в конце концов преодолел страх и уныние. На сердце у него посветлело, ибо если Бог его простил, то стоит ли ему бояться датских пиратов и окровавленных призраков в ночи?

У выхода из собора его поджидал промокший до нитки и забрызганный грязью курьер. Этельред взглянул на него, и его сердце объяли дурные предчувствия. Этот несчастный не мог принести ему плохие вести, ведь он же молился! Они все молились.

— Ну?

— Сюда идет армия викингов, милорд, три тысячи воинов ведет сам король датчан.

Торжественный настрой этого утра был уничтожен, словно ударом молнии. Волна ропота прокатилась по толпе позади Этельреда, и он, желая узнать все, нетерпеливо поднял руку, требуя тишины.

— Они переправились через Стауэр? — потребовал он ответа.

— Да, милорд, сегодня рано утром.

Это значило, что через четыре дня армия Свена будет у городских ворот. Отпустив вестового, он, пока прихожане в панике разбегались из собора, направился ко дворцу. Теперь ему придется рассчитывать только на себя, поскольку Бог окончательно от него отвернулся.

Вернувшись, король незамедлительно призвал советников в свои личные покои. Велев принести ему карты, Этельред в окружении своих вельмож стал изучать расстеленные на высоком столе куски пергамента. Указательным пальцем он ткнул в Дорчестер, но мысль о продвижении Свена жгла его сознание раскаленным добела железом, мешая ему сосредоточиться. Снизошедший на него в церкви покой заменило нарастающее предчувствие гибели.

— Вилобородый со своей армией, — промолвил он, — станет под стенами нашего города через несколько дней, если только мы не найдем возможность его остановить.

Даже сейчас ему было трудно поверить в то, что скоро в его дверь может постучаться столь чудовищная трагедия.

— Предложите им побольше золота, — проворчал элдормен Леофвин, — и они живо уберутся на свои корабли.

Он сложил руки на груди с таким видом, будто теперь проблема была улажена.

— Думаете, они еще не награбили золота и серебра на развалинах Эксетера и Дорчестера? — хмуро возразил ему Этельред. — О нет, им нужно кое-что помимо наших богатств. Они хотят наброситься на нас, как стая голодных волков, и пожирать нас заживо. Они разрушат все прекрасное и ценное в этой стране. В Эксетере они камня на камне не оставили. Если мы их не остановим, Винчестер ждет та же участь.