Спустя еще пару рюмок, мне становится совсем тепло и хорошо. Как ни странно, начинаю понимать почти все, что они говорят. Отвечаю. Дискутирую. Спорю. Рассказываю анекдоты.

Вдруг слышится оглушающий хруст в кустах. Мужчины успокаивают меня тем, что это волк перед атакой кругами ходит вокруг своей жертвы — то бишь, вокруг нас. Беру фонарь и вдруг вижу, что два глаза из темноты на меня смотрят.

— Кабан. Можно не бояться. — Объясняют мне охотники.

Ну, уж нет. Даже Зяма мне на колени запрыгнул. Сидим, дрожим с ним. По сторонам опасливо оглядываемся.

Еще через пару рюмок я отказываюсь пить дальше. А то мне уже ничего не страшно. Ни кабан, ни медведь.

Вот и дяде Толе тоже. Мужчина встает, чтобы отлить. Идет в заросли, прислоняется к дереву, курит, дела свои делает. И тут Зяма у меня на коленях как заскулит! Смотрю: в траве кто-то серый, лохматый стоит, не крупный такой. Хрюкает. И внезапно как понесется галопом прочь.

Дядя Толя этот как раз голову хотел почесать, а тут, увидав его, со страху роняет окурок в широкий ворот своего свитера. И тут такой цирк начинается! Он с расстегнутыми штанами на колени падает, на пузе по земле катается, руками машет. Даже в той церкви, куда мы с Зоей на экскурсию ходили, никто так поклоны не отбивал, как этот усатый охотник. Пытался даже на голову встать, да не вышло. Кое-как вытряхнул, обжегся весь, но все равно ему весело. Ржет, сидит у костра.

А потом мы едим мясо и дружно бежим ловить «чупакабру»: что-то черно-серое шевелится в кустах, и дядя Миша говорит, что это монстр местный. Хватает ружье и целится. Хорошо, что у меня фонарик с собой. Свечу на чудище, и оказывается, что это Зяма — рюкзак с едой уволок в заросли камышей и там все сожрал. Материм его, возвращаемся к огню. Мужчины разговаривают, а он лежит у костра, брюхо набитое вывалил и хозяйство свое лижет.

А когда светать начинает, дядя Толя идет в лес «по большому делу». Ветер в деревьях воет, на небе солнышко встает, и тут слышим мы, как он орет:

— Фазан! Фазан!

Дядя Миша за ружье. Зяма в стойку. Я встаю, глаза протираю. Подходим ближе.

— Вот он! — Радостно указываю пальцем, завидев в зарослях шикарного петуха.

«Бах! Бах!» — Дядя Миша дает два залпа и командует собаке. Пёс резво ныряет в заросли. Видим: фазан отлетел метров на тридцать от нас и бежит среди травы. А Зяма не может сквозь густые колючки продраться. Тут и дядя Толя выбегает, как был — без штанов.

Бежим все вдоль кустов за петухом в сторону деревеньки. Фазан впереди, мы, как ни стараемся, все сильнее отстаем от него. И тут Зяма замечает на одном из огородов белых куриц. Видимо, выпустили их подкормиться после уборки урожая. Пёс останавливается, думает пару секунд, решает, видимо, что куры на открытом пространстве — это добыча лучше, чем петух в кустах, и пулей бросается в огород.