– Он был человеком. Это его и сгубило. Пойдем, я знаю тут одно прелестное кафе с хорошей музыкой и кофе, а эти две вещи в наш век сложно найти…
И он рассказал мне. Рассказал про Колю Зарёва и его давнюю дружбу с Антоном Цветом, про четыре левых часа и триумф в печати и музыке, про Сирень и его любовь к ней, про депрессию и этот город, полный чудес и замечательных людей, про простую девушку Лену, что спасла поэта и про трудные последние годы, что свели Зарёва в могилу. Я слушал и меня пробирала дрожь: как же это всё было похоже на нас. Мне казалось, я даже хорошо понимал этих мужественных одиноких людей, что волей случая оказались вместе и обратили свой взор на лучше их них. Но разве лучший назовет себя таковым?
Он закончил свой рассказ далеко за полночь. Мы успели сменить множество кафе, обойти с десяток дворцов, и я напрочь забыл про встречу с художницей и нисколько не жалел об этом. У Ярослава было отличное настроение, он смеялся и говорил о добром, видимо, он соскучился по кротким и благодарным слушателям.
– Поедем вместе? – спросил я его, когда мы стояли у разведенного Дворцового моста. – Я знаю самое лучшее место в мире. Думаю, вы заслужили отдых.
После этих слов писатель покачал головой:
– Нет, я уже взял своё, самое лучшее, – уверенно сказал он. – Бери своё, а я останусь здесь, должен же кто-то быть здесь, пока всё не наладится? Тем более, вспомни, кто был моим учителем, я не пойду другой дорогой.
Он протянул мне свою руку. Я пожал её и горечь подступила к горлу:
– И вы тоже? И вас потерять мне суждено?
– Такова жизнь. Но часто мы забываем о том, кого нам еще предстоит встретить. – он отпустил мою руку и вдохнул холодный ночной воздух. – Я всегда любил у Ремарка «Ночь в Лиссабоне» больше, чем остальные его романы.
-–
В саду фонтанного дома как всегда тихо. Сирень села очищенную скамейку. Руки и нос замерзли. Очень много снега. Хлопья безмолвно опускаются на сугробы. Рядом с Сиренью села птичка. Повертела своей маленькой головкой и улетела. Снег продолжал идти, занося крыши домов, площади, погружая весь город в сказку. И большой рыжий кот сидел на крыльце фонтанного дома и с прищуренными глазами вылизывал лапу.
Сложно это все.
И он запела в своём одиночестве.