Зоя подробно рассказала брату о своей жизни в Византии — о том, как разлучили ее с отцом и матерью на рынке невольников, как она сумела заставить полюбить ее знатного и богатого византийца, который из рабыни сделал ее своей женой и наследницей, и, наконец, сообщила брату о своей случайной встрече с детьми Всеслава, где так удачно помог им Василий Македонянин.

— Ты — христианка? — спросил ее Всеслав, когда она кончила рассказ.

— Да.

— А дочь моя? Ты назвала ее Ириной…

— Она — тоже христианка…

— Что же, вы будете молиться снова славянским богам?

— Нет, мы останемся верными Христу…

— Ну, это — ваше дело; молиться кому угодно, только бы это не помешало мести…

6. ГОСТЬЯ АСКОЛЬДА

На другое утро, с рассветом, струг, по приказанию Всеслава, распустил паруса и тронулся вверх по Днепру, направляясь к Киеву.

Всеслав казался мрачным и встревоженным.

— Что с тобой? — спросила его Зоя. — Или ты не рад, что мы, наконец, нашли друг друга?…

— Нет, я рад, но мы, варяги, не умеем выражать своей радости шумом.

— Разве ты — варяг? Ты — славянин…

— Я стал варягом и, привыкнув к обычаям чужой страны, не желаю меняться в родной.

— Расскажи мне о себе…

Всеслав махнул рукой.

— Что рассказывать! А, впрочем, если ты хочешь…

Он сообщил Зое о своей жизни в суровой Скандинавии, о битвах под начальством Рюрика и, наконец, о возвращении на родной Днепр.

— И ты никогда не попытался узнать, что стало с твоим отцом, матерью, сестрой, дочерью в плену?…