Это было неприятное известие. 1 августа резиденты эмигрантского правительства Миколайчика во главе с генералом Бор-Комаровским спровоцировали вооруженное восстание в Варшаве. Нежелая участия Красной Армии и народного Войска Польского в освобождении своей столицы, его организаторы не поставили в известность о своих планах ни Советское правительство, ни Польский комитет национального освобождения. В случае успеха восстания они намеревались заявить на весь мир о том, что Варшава находится в руках сторонников польского эмигрантского правительства.

Однако сразу же обнаружилось, что Армия Крайова к восстанию не подготовлена. Ее командование в спешке не смогло известить о времени выступления около половины своих отрядов. И силы противостоящих сторон сразу же оказались неравными. Хотя шестнадцатитысячному гарнизону оккупантов противостояло сорок две тысячи бойцов, но имели они на вооружении всего лишь три с половиной тысячи единиц стрелкового оружия, не хватало боеприпасов, и поэтому восставшие сразу же оказались в тяжелых условиях. Они не смогли овладеть ключевыми пунктами города и вынуждены были перейти к обороне. Гитлер приказал фельдмаршалу Моделю беспощадно подавить восстание, а Варшаву непременно сравнять с землей.

Прямо с переправы через Вислу у Баранува 2 августа командующий 1-м Украинским фронтом позвонил Верховному. Доложив обстановку в связи с прорывом за Вислу 1-й и 3-й гвардейских танковых, а также 13-й армий, он особо обратил внимание Сталина на тот факт, что в направлении на Краков передовой отряд Рыбалко сопротивления противника не встречает. Верховный уточнил:

- Не собираетесь ли вы, товарищ Конев, двинуть 3-ю гвардейскую танковую армию на Краков?

- Пока войска фронта ведут бои за расширение плацдарма на Висле, - ответил Конев. - В создавшихся условиях я не считаю целесообразным начинать действовать на Краковском направлении.

- А как вы определили задачу войскам товарища Рыбалко? - снова спросил Верховный.

- Они должны вместе с войсками Пухова расширить Сандомирский плацдарм, отразить танковые атаки врага с Мелецкого направления.

- Это правильное решение, товарищ Конев, - удовлетворился ответом Верховный.

Ярость сражения у Сандомира нарастала с каждым днем. Маршал Конев позвонил командарму 13-й Пухову, поставил вопрос «ребром»:

- Генерал Пухов, я доложил в Ставку, что войска 1-го Украинского фронта расширяют плацдарм на западном берегу Вислы. Но теперь противник небольшими силами теснит наши боевые порядки со стороны Мелеца и намерен овладеть важнейшими переправами. Разве вам это не понятно?