— Царь, я слышала, что во дворце устраивается пир, приглашены полководцы.

— У мужчин есть о чём поговорить.

— Не секрет, что мужчины только и могут говорить о войне. А ведь есть еще Эрот, посредник в любви между мужчиной и женщиной.

На её лице промелькнула лукавая улыбка, от которой в душе Александра вдруг потеплело.

— То, что ты называешь любовью, часто именуют разнузданным наслаждением. Если верить Диогену, она существует для тех, кто страдает бездельем. Таис называет моих друзей бездельниками?

— Любовь — самое важное из всех дел в жизни каждого мужчины! Разве не ради возлюбленных герои совершают подвиги?

Чарующий голос молодой женщины пробудил у Александра интерес к ней.

— Милая Таис, буду рад видеть тебя на нашем пиру.

Обратился к Птолемею.

— Подскажи остальным, пусть приведут своих женщин. Будет весело!

* * *

К вечеру Александр распорядился устроить необычный маскарад. Ему подали головной убор персидских царей — кидарис из белого войлока, отделанный пластинами золота. Также Александр надел длинную рубаху канди из тонкой белой шерсти, с короткими рукавами, с вышивкой и пурпурной бахромой. Подпоясался белым шарфом с кистями. Поверх накинул пурпурный плащ с разрезами на боках, через плечо перевязь с бахромой из золотых нитей. Но когда дошла очередь мидийских штанов, наотрез отказался; пошёл с обнажёнными ногами, по македонскому обычаю. А сотрапезникам предложил выбрать праздничные одежды персидских вельмож. Не всем понравилась его выдумка, но в надежде на веселье пришлось подчиниться.

В тронный зал снесли мягкие ложа и инкрустированные перламутром столы, выставили драгоценную посуду. Лучшие повара Дария готовили изысканные блюда, слуги неприметно заменяли опустевшие кувшины новыми с дорогими винами. В беззаботный гул пиршественного застолья органически вплетался шум прозрачных струй, падающих в бассейн с благоухающими розами…

Удобно устроившись на ложе, Александр обратил внимание на текст, высеченный на ближайшей к нему стене. Переводчик пояснил: «Я, Кир Великий, говорю тебе, что не подобает царям богато обедать; за излишней роскошью и изнеженностью непременно следует малодушие; да и сами вы увидите, как насыщенные обильными обедами воины проигрывают в сражениях».

Александр усмехнулся:

— Не послушались персы своего царя и проиграли!

К вечеру появились греческие арфистки и флейтистки. Под мелодичную музыку танцовщицы с Кипра развлекали гостей. Александр с удовольствием пил вино и бросал взоры на Таис, сидящую рядом с Птолемеем. Гетера с начала застолья подсунула другу молоденькую куртизанку, и теперь свои неотразимые чары обратила на царя. А он, на удивление, не противился и всё чаще опустошал свой объёмистый кубок…