Однажды к нему привели пленного индуса, оказавшегося прославленным стрелком из лука; говорили, что его стрелы пролетали сквозь перстень на расстоянии в стадий!

— Покажи своё искусство, — пожелал царь.

— Я не смогу исполнить твою волю, — ответил индус.

— Тогда я вынужден тебя убить.

— Делай со мной, что хочешь, но все дни, пока я у тебя плену, я не упражнялся с луком. Боюсь промахнуться.

Александр поразился словам стрелка.

— Ты предпочёл принять смерть, чем оказаться ниже заработанной тобой славы!

Отпустил индуса с миром и с царским даром: драгоценным луком персидских царей.

* * *

Нарастающее напряжение от усталости не способствовало поддержанию воинской дисциплины; участились грабежи мирного населения, стихийные попойки в лагерях, неповиновение командирам. Александру регулярно докладывали о начале разложения среди военных, упадка морального духа воинства и, самое важное, что в походных палатках всё чаще обсуждаются вопросы, куда и зачем ведёт их царь? Он замечал, что с каждым днём рядом с ним оставалось всё меньше людей из тех, кто уходил с ним из Пеллы, не задававших ему вопрос: «Зачем мы здесь?» или «До каких пор будем воевать?» Остальные выжидательно молчали. Из одежды на воинах уже мало осталось македонского или греческого, всё персидские да индийские платья; по ним сразу не определишь, эллин перед тобой или варвар… Вот почему армия однажды открыто отказалась идти дальше; потребовала прекращения боевых действий и возвращения домой.

К этому дню Александр сам начал сомневаться, правильную ли избрал цель, не ошибся ли в намерениях покорить Ойкумену до окраинных земель. Знающие люди говорили, что за Индом простирается большая страна, где течёт ещё одна река — Великий Ганг. На её берегах живут народы, их число не сосчитать, но во много раз больше, чем покорённых Александром в Азии! Но и это ещё не всё — за Гангом есть земля, населённая людьми с жёлтой кожей и узкими глазами. Границей их страны служит Океан, а за Океаном ещё живут люди, но другие… Ойкумена бескрайна, бесконечна, её нельзя завоевать за одну человеческую жизнь, если ты не бессмертный!

Новые познания мира вносили в душу сомнения, а поскольку ими делиться не с кем, сомнений с каждым днём становилось ещё больше… Узнав о роптании в армии, Александр созвал Совет военачальников, чтобы определить для себя, кто готов идти с ним до конца. Правда, до какого конца, он и сам не знал…

На Совете он убеждал военачальников, а более себя, что имеет надёжные сведения, что за Гангом народы ждут их прихода.

— Неужели мы откажем им в покровительстве вашего царя? — задал он вопрос. — А уже потом, слово царя, завершим военную кампанию.