К концу зимы из Венгрии в оружейном кейсе приехал Ильин Пайп. До этого я из Ирландии заказал два обучающих диска: начальный и средний уровень. Завязались бесконечные репетиции с перерывом на перекус и сон. Мне нужно было до лета успеть освоить её и выучить несколько благозвучных мелодий.

Капитально прохудилась лягушка для накачки воздуха, она была очень низкого качества. Я так сильно посрался с мастером, что послал его куда подальше и напомнил, что венгров даже в плен не брали, а расстреливали на месте. Он не выполнял гарантийные обязательства по такому довольно дорогостоящему инструменту. Мне приходилось на свой страх и риск обильно латать всё суперклеем. Обнаружились жгучие проблемы со строем, некоторые ноты криво звучали. Я умолял ирландский интернет-магазин продать мне новую лягушку, но они не отправляли ничего в нашу страну. К счастью, мне удалось починить и настроить всё самому, грубо говоря с помощью топора и палок или по-русски. Кто-то говорил, что на ирландской волынке учатся играть всю жизнь. Я за четыре месяца уверенно исполнял на среднем уровне со всеми приёмчиками и фишками в звукоизвлечении. Помимо ирландских национальных выучил мелодии из титаника и храброго сердца.

Мой дебют состоялся в Саратове на майском празднике. Чтобы переносить волынку купил чехол для увеличенной скрипки. На улице волынка показала себя очень хорошо, но всё омрачила её сверхчувствительность к температуре воздуха и влажности. Строй плавал и фальшивил от малейших перепадов. К позднему вечеру в прохладу она просто умерла. Мне удалось заработать на набережной и на ленинградке примерно четыре тысячи. Это было очень много для меня, но некоторые одарённые зарабатывали столько за несколько минут тары-бары-растабары. Окружающие люди очень интересовались и толпились, снимали на камеру, ещё и праздник был, поэтому всё так благоприятно сложилось.

В тот же ударный день я снял койку в хосписе, оставил инструмент и пошёл смотреть победный салют. Накрываемый падающими огоньками я стоял посреди огромной толпы на самой большой площади Европы и раздумывал о том, чтобы попробовать поиграть в Москве.

В столице после продолжительных розысков я в конце концов откопал очень удобный раскладной стул, потому что на данном инструменте можно исполнять только в сидячем положении. Из парка Горького меня выгнали, как из перехода, так и отовсюду. На чистых прудах была огромная конкуренция. У многих имелись также экзотические инструменты, так что я особо никого там не удивил. Можно было официально музицировать на некоторых станциях метро, но кастинг уже миновал. Всё прошло. Москвичи были изрядно пресыщены такой самодеятельностью.