– А ее летчик пережил войну?

– Представь себе, да. Симпатичный парень; она меня с ним познакомила. Шейла проводит с ним два дня в неделю, вторник и четверг, на его квартире в Ромфорде.

Кивнув ей на прощанье, Гарри исчез за дверью.

А теперь ушли и все прочие, и Бетт осталась одна в гулкой мастерской, глядя в бесстрастное бронзовое лицо «бомбы».

– Надеюсь, от тебя будет польза, – произнесла она вслух.

«Сначала накорми меня чем-то полезным», – ответила махина.

Бетт вернулась к «острову Спецов» и снова перелистала стопку сообщений. «Ну давай же, Роза, распускайся», – взмолилась она, вспоминая, что изначально окрестила этот шифр «Розой» из-за того, как он уходил винтом на загадочные глубины, заворачиваясь внахлест. Чтобы взломать абверовскую «Энигму», ей понадобилось несколько месяцев, но сейчас в распоряжении дешифровщиков не было даже нескольких лишних дней.

Пару часов спустя задремавшую над шифровками Бетт разбудил стук во входную дверь.

– Это я, – послышался с улицы голос Гарри.

– Ты так быстро вернулся? – удивилась она, впуская его.

– Встречай старого друга. – Гарри поставил на пол закрытую корзину и поднял крышку. Над краем корзины немедленно появилась серая угловатая голова Бутса.

– Ой… – Бетт рухнула на колени и схватила своего пса. Тот извивался и сопел, пытаясь подпрыгнуть на своих коротких лапах. Бетт не знала, сколько прошло времени, долго ли она обнимала Бутса и говорила ему, как его любит, прежде чем смогла поднять на Гарри затуманенные слезами глаза. – Ты принес его мне!

– Твоя квартирная хозяйка была рада узнать, что с тобой все в порядке. Конечно, я взял с нее клятву держать все в строжайшей тайне. – Гарри поднял корзинку. – Еще раз желаю спокойной ночи, Бетт.

– Останься! – Это слово сорвалось с ее губ прежде, чем она успела его осмыслить.

Он застыл у двери. Большой темный силуэт.

– Или, может, ты не хочешь… – поспешила добавить Бетт. – Всю эту неделю ты… как будто отводил от меня глаза.

Уронив на пол корзинку, Гарри в то же мгновение оказался рядом с Бетт, опустился на колени, и его большая теплая ладонь коснулась ее горла.

– Я не был уверен… Думал, вдруг тебе тяжело даже смотреть на меня, – тихо сказал он.

– Почему?

– Потому что я бросил тебя в том месте. – Он говорил ровным голосом, но пальцы вцепились в волосы и судорожно сжались в кулак. – Когда твоя мать выставила меня из своей кухни, я кое-как добрался до дома и оплакал тебя, а надо было разыскать капитана Тревиса, или Маб, или Озлу. Я поверил этой фурии, а ты так и осталась там гнить…