Понятно, что японской армии, увязшей в трясине войны в Китае, жизненно необходимо было перерезать артерии подпитки китайского сопротивления. Если морской путь им к тому времени удалось практически блокировать, то перекрыть Синьцзянский тракт им было не по зубам. Потенциально ещё более опасно выглядела монгольская «тропа». Даже если в песках Гоби она ещё только прокладывалась, то её воздушную версию уже успешно опробовали. Так что вариант её закупорки для советских автобатов должен был прорабатываться, о чём не могли не знать в Кремле (советская разведсеть тех лет в Китае работала довольно эффективно).

И не явились ли халхин-гольские события одной из сталинских многоходовок, имевшей целью сработать на опережение – навязать японцам боевые действия в заведомо проигрышных для них обстоятельствах, дабы отбить охоту на вторжение в СССР (что и было достигнуто) и одновременно обеспечить бесперебойные каналы военных поставок Китаю?

В условиях разгорающейся большой войны в Европе Сталин не мог допустить ни победы Японии в Китае, ни замирения с ней китайцев. Это грозило последующим разворотом к СССР уже не одной лишь Квантунской армии, а всей японской армады, которая могла бы использовать не только маньчжурский плацдарм, но уже весь Китай с его ресурсами, в том числе и с неисчерпаемым человеческим. Отсюда и задача: не дать японцам возможности разгромить Чан Кайши и не допустить выхода из этой войны его армии. Да и сам факт неспособности японского командования надёжно перекрыть путь военных поставок своему официальному (китайскому) противнику обрушивал намерения Германии использовать Японию вторым фронтом против СССР.

[30]

[30]

ХОРХОРИН Григорий Сергеевич, 1900 г. рождения. Уроженец Санкт-Петербурга. Начинал свою трудовую деятельность в качестве мальчика-рассыльного в магазине и ученика в Волжско-Камском коммунальном банке. В 1917 г. прошёл Петроградские курсы телеграфистов и поступил на работу в Главную Петроградскую телеграфную контору, откуда его взяли на телеграфную станцию Смольного, где он работает с октября 1917 по апрель 1918 г., в непосредственной близости от В. И. Ленина. Знакомство с вождём и особенно дружба с личным секретарём вождя Н. П. Горбуновым станут важным подспорьем в дальнейшей карьере Хорхорина. И даже найдут своё отражение в советском изобразительном искусстве: телеграфист Хорхорин, В. И. Ленин и Н. П. Горбунов запечатлены в 1927 г. на широко известном полотне «В. И. Ленин у прямого провода» кисти И. Э. Грабаря. Кстати, именно Горбунов в ранге управляющего делами Совнаркома 2 ноября 1923 г. подписал секретное постановление о создании Соловецкого лагеря принудительных работ. Закончил 46-летний академик и секретарь АН СССР Горбунов, деятельно выкорчёвывающий «врагов народа» из науки, свою жизнь трагически: 19 февраля 1938 г. был арестован по доносу, а 7 сентября расстрелян. Реабилитирован 13 марта 1954 г. И ещё один примечательный факт: когда умер В. И. Ленин, Горбунов ночью 23 января, скорбя у гроба, снял со своего пиджака орден Красного Знамени, которым был награждён за организацию боевых действий против войск Врангеля в октябре 1920 г., и положил на грудь вождю. Орден был с Лениным до 1943 г.