(Эта история о битве Артура с великаном с горы Святого Михаила опять же заимствована у Гальфрида Монмутского. Имеет ли она бретонское происхождение? Точное обозначение места действия вроде бы заставляет в это поверить; но, с другой стороны, она обнаруживает такое сходство с легендой о Каке, убитом Гераклом, что напрашивается догадка, не мог ли ученый клирик Гальфрид Монмутский почерпнуть ее у Овидия. В любом случае, без Гальфрида романист Круглого Стола не ввел бы ее в свое произведение. В самом деле, заметим странное подобие обеих историй.

Оба великана приходят из Испании. Пламя, выдыхаемое Каком из своего нутра, соответствует огням, зажженным в пристанище другого. Мычание быков выдает логово Кака, крики и плач кормилицы наводят Артура на след похитителя Елены. Оба обитают на вершине горы, и оба теряют зрение из-за удачного выпада противника. Между прочим, г-н Бреаль в исследовании мифа о Каке прекрасно показал, что подобное предание могло проникнуть во многие страны. Так что у кельтов или бретонцев, как и у этрусков, мог быть свой собственный великан, гроза округи, от которого их избавил некий герой).

XIII.Гавейна отряжают с посланием к Императору. – Битва при Лангре. – Поражение Римлян. – Лозаннский кот

XIII.Гавейна отряжают с посланием к Императору. – Битва при Лангре. – Поражение Римлян. – Лозаннский кот

Гору, на которой был сражен великан, с того дня нарекли Елениной Могилой, каковое прозвание останется за ней навеки. Велико же было восхищение Бретонцев, когда они узнали новость, что Артур выходил на бой и убил чудовище, голову которого принес Бедивер. С того самого дня Артур принялся возводить на реке Об замок, который послужил бы Галлам укрытием на случай, если война продлится.

Но прежде чем двинуться на Римлян, решено было отправить послание взамен того, что получил Артур от Императора. Выбор пал на мессира Гавейна, на Ивейна Уэльского и Сагремора Константинопольского, чьи честность, храбрость и учтивость были хорошо известны.

– Дорогой племянник, – сказал Артур Гавейну, – вы знаете Римлян, вы ведь бывали некогда в Риме[486]; передайте Императору, чтобы он убрался из Галлии; нынче она подвластна уже моей, а не его короне. А в случае отказа предложите ему, чтобы спор наш разрешился исходом битвы.

Послы подвязали шлемы, облачились в кольчуги, препоясались мечами и сели на коней: клинки в руках, щиты за плечами. Они пересекли горы и долины и прибыли в стан Императора на равнинах Лангра[487]. Римляне выходили из своих шатров поглядеть на них и спросить, не пришли ли они умолять о мире. Не удостоив их ответом, Гавейн и оба его спутника доехали до шатра Императора и спешились, оставив коней оруженосцам. После чего Гавейн заговорил, обратясь к Луцию: