– Вы свободны, – сказал он им.

Артур поблагодарил своего избавителя, но не узнал его. Оттуда Ланселот велел отвести себя в темницу с Галеотом и его спутниками. И вот каковы были первые слова Галеота:

– На что мне моя свобода, когда нет со мною красы и цвета рыцарства? Где найти мне силы жить вдали от того, кого я люблю больше жизни?

– Не убивайтесь так, – сказал Ланселот, снимая шлем, – вот же я, дорогой сир.

И они заключили друг друга в объятия, обменялись тысячей поцелуев. Мессир Гавейн между тем говорил, подойдя к королю:

– Сир, вот тот, кого мы искали: перед вами Ланселот Озерный, сын короля Бана Беноикского, тот самый, кто уладил ваш мир с Галеотом.

Велики же были удивление, восторг и радость короля Артура.

– Любезный сир, – сказал он Ланселоту, – я вверяю вам свою землю, свою честь и самого себя.

Ланселот поднял его, зардевшись от смущения. Когда тюремщик вернул пленникам их мечи, они поднялись к большой башне, куда преграждали вход крепкие засовы. Рассудив, что пытаться их поднять бесполезно, Ланселот вернулся в ту залу, где он запер Камиллу; он схватил ее за косы и пригрозил отрубить ей голову.

– Разве не довольно с вас того, что вы убили моего друга?

– Нет; я требую, чтобы вы открыли мне большую башню.

– Скорее я умру и претерплю от вас то, на что честному рыцарю никогда не хватит жестокости.

Ланселот поднял меч второй раз; она взмолилась о пощаде, поклялась все исполнить и повела его к дверям башни.

– Открывайте, – сказала она рыцарям, стоявшим на страже.

– И не подумаем, – ответили они.

Но Ланселот вновь занес меч над головой Камиллы, и рыцари обещали открыть, если он отпустит их целыми и невредимыми; на что он согласился. Двери поддались; король Артур указал мессиру Гавейну войти первым и тем изъявить, что он вступил во владение замком. Бретонские рыцари проникли в замок; на башенных зубцах знамя Харгодабрана сменилось на знамя короля. Они осмотрели все залы, все подземелья. В одной потайной камере Кэй-сенешаль нашел девицу, прикованную к столбу. Та долгое время была возлюбленной рыцаря, убитого Ланселотом у ног Камиллы. Камилла, движимая неукротимой ревностью, держала ее в плену, вдали от людских взоров. Когда же ее отвязали, Кэй принялся расспрашивать, где томятся последние пленники.

– Кто меня освободил? – спросила она.

– Это король Артур, истинный сеньор Скалы-у-Сенов.

– Слава Богу! Но устоите ли вы против неверной Камиллы?

– Она у нас в руках.